Петр Налич: «В Норвегии хотим выступить на троечку!»

В гости к «Комсомолке» Петр Налич пришел вместе с музыкантами своей группы — Сергеем Соколовым и Константином Швецовым.

— Как мы себя называем, державный трезубец! — улыбнулся Налич. — Мы со школьных времен играли вместе, и поэтому логично, что ходим втроем и за все несем ответ…

— Но в группе больше участников — стало быть, трезубец со временем стал шестизубцем…

— Да, он стал просто огромной вилкой!

Кстати, Петр был чисто выбрит, хотя, как все прекрасно помнят, в отборочном конкурсе он выступал, щеголяя весьма внушительной бородой.

— Наверное, как спортсмен, не брились на фарт? Может, и в Норвегии тоже бородатым на сцену выйдете и вам опять повезет?

— На самом все просто: когда у меня борода отрастает, жена просит побриться, и я ее машинкой удаляю! — смеется Петр. — Вы не поверите, я скоро еще и постригусь!

У Налича и Компании был всего час на общение со слушателями радио «Комсомольская правда». А ведь были еще вопросы, присланные по Интернету читателями нашей газеты, да и ведущим в студии хотелось о многом спросить нашего человека на Евровидении и его коллег. А еще хотелось попросить Петра спеть для наших слушателей. И Налич не отказал, исполнив акапелло с Константином Швецовым душевную, как обычно, песню. Не забыв предварительно ответить на все вопросы.

— Есть у вас ощущение, что победа на отборочном конкурсе «Евровидения» — это супердостижение?

— Ну, это важный момент, но вряд ли с точки зрения творческой. Мы ведь как занимались записью альбома и концертированием, так и занимаемся. Участие и победа в конкурсе — это скорее промоакция.

Петр Налич показал все свои эмоции Фото: Олег РУКАВИЦЫН

— Петр, а как же ваше озвученное когда-то намерение спеть на сцене Большого театра? Все-таки разница между уровнем «Евровидения» и Большим существенная.

— Я продолжаю занятия вокалом и надеюсь, что все равно на сцене театра спою. Может, и Большого. Кстати, после эфира поеду на репетицию оперы «Иван Сусанин».

— Предпочли бы войти в историю как звезда оперы или эстрады?

— Честно говоря, мне не очень важно, как я войду в историю и войду ли вообще. Мне важно, чтобы я всю жизнь с удовольствием занимался разной музыкой — и классической, и эстрадной, и авторской, и народной…

— На «Евровидении» важнее победа или участие?

— Для нас все важно.

— Многие были поражены, когда вы после победы на отборочном конкурсе спросили: «А когда будет Евровидение?» Говорят, вы и на конкурс пошли, просто поспорив с друзьями…

— Стоп, давайте разберемся! Да, я действительно на тот момент не знал, когда проходит «Евровидение». Потому что не видел повода интересоваться этим, пока не победил. А то, что участвовал на спор — так это просто вранье! Мы серьезно работали: свели песню, отправили заявку, потом песню свели заново, решив, что она недостаточно хорошая, перепели ее... Разве это похоже на несерьезное отношение?

— Уверены, что достойно представите нашу страну на «Евровидении»?

— Хм… Вот теперь и сами засомневались. Если вы про то, уверены ли мы, что займем первое место, то, конечно, нет. А уверенность в том, мы представим нашу страну достойно, конечно, есть.

— А вот на сайте kp.ru народ интересуется, почему вы, Петр, не пишете песни для детей?

— Какая ложь! Практически все мои песни — веселые, конечно — в известной степени для детей. Мне рассказывают, что именно дети под них веселятся и танцуют.

— Ну вот под песню Lost And Forgotten, выбранную для «Евровидения», дети вряд ли спляшут. Многим она нравится, а некоторые считают ее невыигрышной.

— Да не может быть такого! (Музыканты смеются.) Мы выбрали ее, потому что по условиям конкурса надо было достаточно новую песню представить, написанную не позже октября. И мы решили, что это вполне может быть баллада. Хотя есть стереотип, согласно которому на подобном конкурсе надо исполнять что-то зажигательное, танцевальное. Но во многом это надуманная вещь. Потому что какие люди приезжают на «Евровидение», такой и есть его формат. Наша песня появилась в октябре месяце, она — о первой любви молодого человека. сочинялась легко, на хорошем настроении, как и все песни. Петь мы ее будем на английском, у нас и нет русского текста, она на английском сразу сочинилась.

— Насколько плотно вы следили за «Евровидением» последние годы?

— Ну, так… Поглядывали.

— Ладно, поставим вопрос по-другому: Диму Билана знаете?

— Знаем!

— А Рыбака видели?

— На самом деле ни у кого из нас нет телевизоров, и уже очень давно. Поэтому следить за «Евровидением» трудно.

— Будете снимать клип на песню, работать над концертными костюмами?

— Снять клип — это интересно, но, наверное, мы не успеем. Быстро его откуда-то вынуть сложно. А насчет остального — мы уже работали с костюмами. Если было впечатление, что люди вышли, в чем есть, то оно обманчиво. Мы пели не в лохмотьях или пижамах, да, это была простая одежда, но при этом она довольно органична.

В гости к «Комсомолке» Петр пришел с музыкантами своей группы Фото: Олег РУКАВИЦЫН

— Как у всякого приличного артиста, у вас есть технический и бытовой райдер (то есть список того, что организаторы концерта должны группе предоставить. — Прим. ред.). Бытовой райдер весьма скромен — напитки в автобус, еда. Нет соблазна на волне успеха в райдер добавить икорки красной, шампанского?

— У нас там то, что должно помочь выступить. Если бы нам очень сильно помогала достойно отыграть концерт икра, мы бы, наверное, ее в райдер вписали (смеются). А вообще, если нас уже по этому райдеру приглашают на концерты, значит, нам на икорку хватает.

— Есть ли гарантия, что в случае успеха в Осло вы не подхватите звездную болезнь?

— Независимо от итогов, мы будем вести себя по-человечески. Если кто-то из нас начнет вести себя по-свински, тот будет сурово наказан.

— Рецепт от звездной болезни есть?

— У нас это достаточно мощная внутренняя критика внутри коллектива. Учиться, учиться или еще раз учиться — наш способ не зазвездиться!

— Вы поехали на Олимпиаду поддержать наших спортсменов…

— И мы сделали все, поверьте! Я даже был на матче Россия — Канада, а чтобы туда попасть, выиграл турнир по настольному хоккею.

— Вот вы помогали спортсменам, а спортсмены, в частности, Евгений Плющенко, помогал Диме Билану выигрывать «Евровидение». Может, позовете кого-нибудь на подмогу?

— Это конкурс песни. Наша песня как номер вполне самодостаточна. Зачем смешивать эти вещи?

— На что вы рассчитываете в Осло — первое мест, попадание в пятерку, двадцатку?

— Рассчитываем на троечку.

— Это для вас уже будет огромной победой?

— Для нас огромной победой будет чувство удовлетворения от собственного выступления. Если мы сделаем все очень плохо и вдруг выиграем, будем оправдываться, извиняться. А если выступим очень хорошо и займем двадцатое место, будем понимать, что мы сделали все, что надо.

— На международном конкурсе вы полномочные представители Российской Федерации. Это ощущение добавляет ответственности?

— Непростой вопрос. Ответственность какая-то есть. Но мы не чувствуем себя последней надеждой человечества. Спортсменам на Олимпиаде надо побеждать любой ценой. А здесь побеждать любой ценой нельзя. Если мы победим, а при этом выступим на морально-волевых, еле-еле вытягивая ноты, это будет никому не нужно. Музыка на таком настроении не должна делаться. Хотя многие подают именно таким образом — мол, за нами Москва, отступать некуда. Но это лишнее абсолютно.

— Насколько часто вы выступаете перед зарубежной аудиторией? Как она вас принимает?

— Перед зарубежной аудиторией выступали лишь раз, на фестивале в Бельгии прошлым летом. Нас там не знал вообще никто. И при этом нам поставили в конце, то есть сделали хэдлайнерами. А у нас значительная часть песен на русском языке. Из них треть — лирические, как Lost And Forgotten. И представляете, принимали нас на ура! Долго просили на бис. Обычно у нас программа полтора часа, мы пели два.

— Когда ждать нового альбома Петра Налича и его коллектива?

— Надеюсь, что мы его в июне вам представим. Альбом близок по стилистике к американским балладам 60-х годов. Но все равно это жанровая смесь, которой является все наше творчество. Поэтому там можно найти и какие-то чисто русские распевные мотивы, которые не присущи американским балладам. Помимо всего прочего, конечно, мы выросли очень сильно в профессиональном смысле — стали гораздо лучше играть, лучше записываться.

— А что с концертами?

— 23 апреля едем в Новосибирск, потом в Ригу в мае, а затем, после «Евровидения», наверное, в Киев. Возможно, в Таллин еще отправимся. Вообще так сложилось, что турне для нас — страшное слово. Это, наверное, как-то не круто звучит, но мы не можем работать каждый день. Сильно устаешь, и, самое главное, сильно все надоедает. Хотя у нас бывают напряженные периоды в декабре, но мы понимаем — надо.

Смотрите фотогалерею: Петр Налич в гостях у «Комсомолки»

Who is mister Nalich? We try to help our english speaking readers to make their choice at Eurovision Song Contest [english version]