2016-08-24T03:31:03+03:00
Комсомольская правда
13

Куда пропал белорусскоязычный экземпляр Беловежского соглашения?

Беловежское соглашение разрабатывали ночью с 7 на 8 декабря 1991-го года. Экс-руководитель белорусского МИД Петр Кравченко (стоит в центре) был в рабочей группе, а Станислав Шушкевич и Вячеслав Кебич присоединились позже, подписав итоговый, четвертый, вариант соглашения.Беловежское соглашение разрабатывали ночью с 7 на 8 декабря 1991-го года. Экс-руководитель белорусского МИД Петр Кравченко (стоит в центре) был в рабочей группе, а Станислав Шушкевич и Вячеслав Кебич присоединились позже, подписав итоговый, четвертый, вариант соглашения.

Накануне 21-й годовщины распада СССР высшие чины Беларуси начала 90-х спорят: существовал ли он в принципе? [фото + обсудим!]

Информация просочилась случайно. Благодаря первому руководителю независимой Беларуси Станиславу Шушкевичу, который задумал написать мемуары на белорусском языке. А какие же мемуары без описания такого важного исторического события, как распад Союза, свидетелем которого был Шушкевич? Политик решил не мелочиться и опубликовать текст соглашения на белорусском языке целиком.

- Причем текст Беловежского соглашения на русском языке у меня был. Но в том и соль, что я хотел именно на белорусском. Причем решил не переводить с русского на белорусский, а скопировать текст оригинала, - рассказал «Комсомолке» Станислав Шушкевич.

За белорусскоязычным текстом политик обратился в белорусский МИД. Сказать, что полученный ответ удивил Шушкевича, не сказать ничего.

- Представляете, мне пришел ответ за подписью заместителя министра, что «ў архівах МЗС Беларусі і Выканаўчага камітэта СНД у наяўнасці маецца толькі рускамоўны экзэмпляр вышэйзгаданага дакумента». Но ведь в соглашении написано, что документ подписан в трех экземплярах на трех языках, каждый из которых имеет одинаковую силу!

- А белорусский вариант Беловежского соглашения должен храниться в МИДе?

- Конечно, ведь МИД является депозитарием, то есть хранителем, таких документов. А министром иностранных дел в то время был Петр Кравченко, вот у него и спросите…

Но сначала «Комсомолка» связалась с Вячеславом Кебичем, который в декабре 1991 года занимал пост премьер-министра Белоруссии, находился в Вискулях и тоже оставил свою подпись на историческом документе.

- Вячеслав Францевич, сколько же экземпляров Беловежского соглашения вы подписывали 8 декабря 1991 года?

- Мы подписывали только экземпляр на русском языке, - не задумываясь ответил Кебич.

- Почему тогда в Соглашении написано про три языка?

- Откуда я знаю? Мало ли где что написано! Слава Богу, склерозом я не страдаю и помню, что текст составляли три руководителя: России, Беларуси и Украины.

Потом и мы подписали. Может, после подписания экземпляра на русском языке наступила эйфория?.. Но я более чем уверен, что вариант на белорусском языке никуда не пропадал, потому что его попросту не было. Ведь в декабре 91-го белорусский язык еще не был государственным...

Экс-министр иностранных дел Белоруссии Петр КРАВЧЕНКО:

«Я - единственный владелец полного архива Беловежского соглашения»

- Я непосредственно принимал участие в тех событиях и знаю, что в Беловежской пуще был подготовлен вариант соглашения только на русском языке, - озадачил утверждением Петр Кравченко, который в 1991 году возглавлял белорусский МИД.

- Почему тогда в соглашении написано, что оно составлено на трех языках?

- Это дань традиции, которая не соответствовала реальному положению дел. На самом деле писался и разрабатывался только русскоязычный вариант.

Было определено, что депозитарием этого соглашения выступит белорусский МИД, где, собственно, оно и хранится.

Но с текстом Беловежского соглашения была другая, очень таинственная история, о которой я не расскажу.

В декабре 91-го Петр Кравченко был министром иностранных дел и входил в рабочую группу по разработке Беловежского соглашения. Фото: Александр КОНОТОП

В декабре 91-го Петр Кравченко был министром иностранных дел и входил в рабочую группу по разработке Беловежского соглашения.Фото: Александр КОНОТОП

- Вы умеете заинтриговать!

- Да, есть еще потрясающая история, которую я в скором времени изложу в своей книге.

Но могу сказать, что все четыре рабочих варианта Беловежского соглашения хранятся в моем личном архиве. Я их сохранил и со временем проведу детальный текстуальный анализ, каждый текст будет напечатан с последующими правками и изменениями.

Первый вариант был написан в ночь с 7 на 8 декабря. Оригинал первого параграфа соглашения хранится у меня, поскольку был написан мною лично.

Первый параграф звучал так: «Союз Советских Социалистических Республик как геополитическая реальность и субъект международного права прекратил свое существование». Мы сидели за столом и гадали, с чего начать. Тогда я и предложил: «Давайте, каждый положит свои предложения на бумагу. Не просто выскажем идеи, а предложим свои варианты соглашения».

В течение 10 минут я написал на старой желтой бумаге своей рукой этот вариант, который и предложил. И тут же все сказали: «Да, это то, что надо: нужна констатация свершившегося».

После этого возникла пауза, и мы снова гадали: что же дальше? И тут я взял инициативу в свои руки и сказал, что, согласно нормам старого французского права, действует формула: «Король умер, да здравствует король!» Если мы констатировали распад СССР, нужно провозгласить создание нового политического образования. После этого начались споры о названии нового политического союза.

- И сколько той ночью за столом сидело человек?

- Можно посчитать. Россия была представлена тремя политиками. Это Егор Гайдар, он тогда был и.о. премьер-министра, Шахрай и Козырев. Белоруссия была представлена тремя: мною, Мясниковичем (ныне - премьер-министр Беларуси. - Ред.) и Костиковым. Украина же не была представлена никем. Так что за столом сидело шесть человек.

«Эти документы помогут опровергнуть, что полупьяные Ельцин, Шушкевич и Кравчук подмахнули соглашение не читая»

- А как же Шушкевич и Кебич?

- Ночью заседала только рабочая группа высокого уровня. Мы подготовили черновик соглашения и закончили лишь в пять утра.

Тогда Сергей Сергеевич Балюк - в то время директор Беловежской пущи - послал «Газик» за своей секретаршей, и она привезла из деревни Каменюки, из приемной дирекции, старую советскую пишущую машинку.

Примерно в пять сорок пять на ней начали печатать текст соглашения. Закончили где-то в восемь-полдевятого. Диктовали Шахрай и Козырев.

После этого встал вопрос о том, что, поскольку мы подготовили документ, его надо парафировать: подписать каждую страницу инициалами и фамилией экспертов. Поскольку экспертов не было, а традиционно министры и главы правительств не парафировали документы, то парафировали мы - разработчики. От Беларуси - я и Мясникович, от России - Гайдар и Козырев как министр иностранных дел.

Нужны были подписи и от Украины. Поскольку у меня были хорошие отношения с украинцами, Егор Тимурович попросил меня получить их подписи на этом документе. В 8.30 я начал процесс переговоров с украинцами.

Украина была представлена двумя политиками - двумя депутатами, представителями «Народного руха». Очень нелегкий был разговор, который длился около двух часов. В итоге я все-таки смог уговорить их парафировать этот документ. Но украинцы внесли существенные изменения. Вначале название документа гласило о том, что это договор о создании Содружества Демократических Государств - СДГ. Но украинцы настояли на том, чтобы понятие «демократические государства» было изменено на «независимые государства». Поскольку Украина 1 декабря провела референдум и уже была «самостийной». Поэтому вторая редакция гласила, что создается не СДГ, а СНГ.

Затем появился третий вариант, над которым начала работать уже шестерка глав государств и глав правительств: Ельцин, Бурбулис, Шушкевич, Кебич, Кравчук и Фокин. Когда они завершили работу над третьим вариантом, появился уже четвертый, окончательный вариант. Было около двух часов дня.

Как происходил процесс работы над документом? Я - единственный владелец полного архива Беловежского соглашения. Все документы, включая некоторые неопубликованные документы, которые тогда были приняты, сегодня находятся в моем личном архиве.

«Я хорошо понимал историческую значимость каждого клочка бумаги»

- А почему они находятся именно в вашем личном архиве?

- Потому что я был министром иностранных дел принимающей стороны. И в отличие от всех других, я не выбросил ни одного клочка. В принципе, предварительные черновики были бесхозной бумагой, которую, скорее всего, любой другой бы выбросил. Но я, помимо министра иностранных дел, был преподавателем БГУ, кандидатом исторических наук и хорошо понимал историческую значимость каждого клочка бумаги.

И анатомия работы над документом, и процесс поэтапного движения к итоговому документу имели огромное значение и имеют сейчас, поскольку опровергают все слухи и домыслы о том, что документ был написан в Москве, что документ привез Козырев, что полупьяные Ельцин, Кравчук и Шушкевич подмахнули документ не читая. Все это неправда.

Карикатура из журнала «Вожык» шутливо намекала на то, как политики подписали Беловежское соглашение.

Карикатура из журнала «Вожык» шутливо намекала на то, как политики подписали Беловежское соглашение.

По существу, когда мы сели работать над документом, примерно в девять вечера, у нас был чистый лист бумаги и два двусторонних документа. Это российско-украинское двустороннее соглашение о дружбе и сотрудничестве и белорусско-российское, которые были подписаны в декабре 1990 года.

Эти два соглашения процентов на 60 и стали основой Беловежского соглашения. Из двустороннего документа мы сделали многосторонний, который и позволил создать Содружество Независимых Государств.

Поделиться: Напечатать
Подпишитесь на новости:
 

Читайте также

Новости 24