2016-06-19T23:10:32+03:00
Комсомольская правда
27

Ирина Абельская: «Мы не обижаемся, когда нас называют лечкомиссией»

Фото: tut.byФото: tut.by

Глава клиники, в которой обслуживаются первые лица Беларуси, рассказала о работе и о том, хочет ли, чтобы младший сын продолжил медицинскую династию

- Медцентр управделами президента до сих называют лечкомиссией. Понятно, что технологии со времен СССР изменились. А чем еще нынешняя лечкомиссия отличается от советской? – задал сайт tut.by вопрос Ирине Абельской.

- Мы не обижаемся на то, что медцентр называют лечкомиссией. Основы ведь были заложены еще в советские годы. В этом году мы отмечаем 85-летие нашей больницы - в 1931-м приказом Совнаркома такие лечебные учреждения были созданы практически в каждой республике Советского Союза. Их главной задачей было оказание профилактической и лечебно-диагностической помощи в первую очередь руководителям государства и заслуженным лицам. И этот принцип сохранен до сих пор.

- У вас есть очереди, на ту же МРТ, к примеру?

- Как таковых очередей для наших пациентов нет. Если мы говорим о лечебной помощи, например, об оперативном экстренном вмешательстве, то здесь очереди нигде быть не может. Что касается амбулаторно-поликлинического звена, когда пациенты планово записаны на обследование, очередь бывает, но она абсолютно разумна и не превышает недели. Это нормально для любой страны мира, для любой системы здравоохранения. Я вообще считаю, что у нас еще нет очередей, как бы кому-то это заявление ни казалось странным. Просто мы не знаем, как в других странах, где пациенты в курсе: плановая операция будет проведена не ранее, чем, скажем, через полгода, так четко там определены временные границы.

- Знаю, что сегодня пациенты, оформившие страховку, тоже могут обслуживаться в лечкомисии. Как вы вообще относитесь к страховой медицине?

- Полностью «за». И я считаю, что мы к этому обязательно придем. Да, может быть, сегодня не готовы, очень медленно впрягаемся. И не потому, что есть какие-то сдерживающие факторы сверху, а потому, что снизу еще не все готовы. А ведь страховая медицина запустит очень многие механизмы. Когда частные медцентры, клиники, роддома будут поставлены в равные условия с государственными учреждениями, они будут стремиться повышать свой профессиональный уровень, потому что будут знать: у пациента на руках полис, он может выбирать. Может пойти в лечкомиссию, а может - в частный центр, в любой другой. И деньги придут за пациентом. Это прекрасно как для государственной формы, так и для частной. Да, будут сложности, какие-то недочеты, трения, неувязки - они всегда есть. Но нужно пробовать.

«Я верующий человек»

- У вас на рабочем столе нет компьютера, он вам не нужен?

- Просто ноутбук сейчас не открыт. Конечно, я работаю за компьютером, включаю его, когда надо отследить внутреннюю базу (мы все выкладываем на собственный сервер), готовлюсь к лекциям, пишу статьи в журналы. Возможно, это чаще происходит в домашних условиях, а не на работе.

- Зато у вас на столе стоят иконы. Хотя медицина редко ассоциируется с религией. Вы религиозный человек?

- Я верующий человек.

- И фотографии храма Всех святых на стене…

- Это удивительные фотографии. Если вы походите по нашему учреждению, на стенах увидите очень много подобного рода работ. У нас есть пациент - известный фотограф - он уже в возрасте. Несколько лет назад он решил, что скоро уйдет, и захотел оставить что-то на память больнице. Я тогда сказала: «Нет, мы будем вас лечить, будем вам помогать, и вы будете жить еще долго. Но если вы дарите нам фото, примем с огромным удовольствием, потому что это история нашего города, нашей страны». Это просто красивые работы. Глаз радуется, когда смотришь на белый с золотым обрамлением храм, синее небо, на наш Оперный театр, на фрагмент Национальной библиотеки. А что касается икон, я думаю, что вы их увидите в кабинетах многих врачей. Знаете, вера всегда присутствует, даже у самых-самых высоких профессионалов. Это очень личное, но думаю, что каждый человек, особенно когда у него предстоит тяжелый день, сложная операция, беседа с пациентом, с родственниками, которым нужно сообщить тяжелую новость, обращается к вере. Отсюда и иконы. А медицина и религия - это две составляющие единой философии, которые всегда шли рядом.

- Спрошу еще про «вертушки». Этот телефон с гербом и без кнопок на вашем столе - для связи с министром или с президентом?

- С президентом.

- Вы можете поднять трубку, и он ответит?

- Я не могу. Только президент может позвонить.

«Иногда дети относятся ко мне, как к подружке»

- Вы из врачебной династии - ваша мама Людмила Постоялко была министром здравоохранения. Старший сын тоже медик?

- Я медик в третьем поколении, мой старший сын - в четвертом. Моя бабушка была фельдшером, и все ее родные были в той или иной степени связаны с медициной. Моя мама и моя тетя - врачи. Мой родной брат - доктор, его супруга - тоже. Мой старший сын - офтальмолог, работает в офтальмологическом центре.

- Врачи - строгие родители?

- Сложно сказать. Сегодня, когда я вижу, как мои дети общаются со мной, понимаю, что я бы так никогда не могла разговаривать со своими родителями, несмотря на то что у нас были очень теплые, очень добрые взаимоотношения. У меня было прекрасное детство, меня очень любили. Но все равно я всегда очень уважительно относилась к маме и папе. У современного поколения уважение к родителям осталось, но это какая-то другая форма его выражения. Я знаю многих людей своего возраста, которые к родителям обращались на «вы». А сегодня мои дети общаются со мной, как с подружкой. Но я их притормаживаю: «Стоп, ребята, я вам не подружка».

- Получается, вы не строгая мама?

- Строгая. Детей надо любить, но в каждой семье есть общечеловеческие принципы, которыми нужно руководствоваться в воспитании. И дети должны понимать, что нельзя их нарушать. Любой человек, который появляется на свет, хочет попробовать разные формы жизнедеятельности, и очень важно правильно настроить детей на восприятие этого мира.

Моя семья всегда была очень трудолюбивой, мы много учились, у нас не было праздного времяпрепровождения. И мне бы очень хотелось, чтобы в моих детях это было тоже. Неважно в чем: спорте, учебе. Я считаю, что правильный человек - это организованный человек.

- Вы бы хотели, чтобы и младший сын продолжил вашу медицинскую династию?

- Я не задумываюсь об этом. Но я не думала об этом и в случае со старшим сыном. Это был его выбор, и принял он решение связать свою жизнь с медициной в последнем классе Лицея БГУ.

А какую профессию выберет мой младший сын… Я бы просто хотела, чтобы он получил хорошее образование, выбрал интересную профессию, любил свою работу, получал от нее удовольствие и приносил пользу и радость другим.

- Давить не будете?

- Это сложно. Давить всегда сложно.

(полностью интервью)

Поделиться:
Подпишитесь на новости:
 

Читайте также

Новости 24