2016-12-03T00:10:37+03:00
Комсомольская правда
17

«28 панфиловцев»: Чтобы намертво стоять, нужно живым быть…

Фото: film.ruФото: film.ru

Маленький мифический пример большого народного подвига, поданный с энтузиазмом, но без должного кинокачества. Тема цепляет, фильм — нет

Вот за что мы любим белорусский пиар, так это за его амбивалентность (что бы там ни значило это слово). За мощь, ворсистость, непокобелимость и завидное умение посвящать громкие акции сомнительным проектам. Ставка компании «Интерфильм» на «28 панфиловцев», в общем, понятна. Тематика, сусальная шильда «народное кино», белорусское отношение к Той Войне и танкам — все это несколько нивелирует темную сторону релиза, включающую вербальную активность милейшего господина Мединского, распределение русских народных 30 миллионов и еще целый ряд вопросов по поводу того, что же действительно произошло 75 лет назад в районе разъезда Дубосеково. Однако очевидно, что даже на этих глиняных ногах проект проект далеко не уйдет. Впрочем, кассу начнут считать только через неделю… А пока узкий круг любителей кино и прочих мелькающих всюду лиц сумел насладиться напитками, закусками, песнями, плясками и предпремьерным показом фильма о войне, который пытался угодить всем, но пока, похоже, понравился только самому культурному министру Российской Федерации.

********************

Холодная осень 1941-го. На ощетинившуюся Москву изо всех щелей прут немецкие танковые войска, превосходящие обороняющихся числом, мощью, боекомплектом, но отнюдь не отвагой и самоотверженностью. Одной из рот многонациональной 316-й стрелковой дивизии генерал-майора Панфилова поручено удержать ключевую точку недалеко от Волоколамска — тот самый разъезд Дубосеково. Пройдут здесь немцы — и можно прямой наводкой бить по Москве. Русские, украинцы, киргизы и казахи, засевшие в наспех выкопанных в мерзлой земле окопах, такого допустить никак не могут. А потому готовы чуть не зубами грызть катящуюся на них лавину жутковатых «панцеров». Дальше истина скрывается в тумане.

Согласно заметке в «Красной звезде», в неравном бою с металлизированной коричневой чумой, унеся вместе с собой в Валхаллу 18 танков и чуть не сотню вражеской пехоты, погибнет весь боеспособный остаток упомянутой роты — 28 панфиловцев (29-го расстреляют еще перед боем — за трусость). Рассекреченные архивы усомнятся не только в цифрах с интерпретациями, но и в том, что конкретно этот бой вообще проходил в конкретно этом месте, а не стал патетической фантазией фронтового корреспондента, призванной поднять боевой дух. Фильм же и вовсе представит свое количественное и качественное прочтение того, что случилось 16 ноября 1941 года под Москвой…

Фото: film.ru

Фото: film.ru

Как говорится, кто виноват из них, кто прав — судить не нам. Давайте не будем пересчитывать бойцов, сверять форму петлиц с количеством обшлагов и вникать в само существование 28 панфиловцев. Думается, никто не будет спорить, что подвигов, подобных описанному в заметке и фильме, советский солдат в те годы совершал немало. А потому в память о том, как бились за нас деды и прадеды, данную историю можно и нужно воспринимать как собирательный образ истинного величия и самопожертвования. А не пытаться швырнуть очередную лопату грязи в и без того небезупречное прошлое. Были подвиги и были люди (богатыри — не мы) — и это нужно уважать безо всякого сарказма, цинизма и прочих конвульсий. И точка.

Тем более что фильм — и это мы засчитываем создателям за жирный плюс — отнюдь не перегружен ни идеологией, ни учебником истории, ни развенчиванием мифов и открыванием жуткой правды о лютости советской верхушки. Товарищ Сталин, к примеру, не присутствует в сценарии вовсе — ни вербально, ни визуально. Никто не бросается под танки с его именем на устах. Бойцы не набивают усатый профиль на левой груди перед боем. Сквозь повествование не шныряют упыри-особисты. А заградотряды не выкашивают из новеньких «максимов» миллионы христианских младенцев, согнанных на передовую лично рябым генсеком. Не замечен, к слову, в кадре и товарищ Панфилов с генералами-соратниками. А то, что описываемые герои — «панфиловцы», значится исключительно в названии. И это теоретически позволяет абстрагироваться от политических да исторических измышлизмов и воспринимать фильм как самостоятельную боевую единицу.

Фото: film.ru

Фото: film.ru

И это, к сожалению, его сильно топит.

Во-первых, попытка сгладить все острые углы привела к тому, что углы-то остались, но переквалифицировались в тупые. Стерильный образ советского солдата в новеньком с иголочки ватнике, сыплющего прибаутками под ураганным огнем и стелющего навскидку исключительно клюквенными афоризмами, даже у Твардовского был пересыпан комьями реальности. Здесь же — сущий комикс, помноженный на картонность и бедную фантазию.

Собранных народом и приумноженных Минкультом РФ денег, увы, не хватило ни на профессиональных артистов, ни на хорошего сценариста, ни на топовых мастеров по спецэффектам. А потому персонажей можно различать только по акценту и оружию, от диалогов кровоточат уши, люди разной степени сериальности усиленно играют мебель, а все боевые действия сводятся к прицельному метанию гранат и бутылок на метр от окопа, ухарской стрельбе из пулемета и неразборчивым крикам под грохот пиротехники. В этом нет не то что души — отсутствует даже изобретательность.

Фото: film.ru

Фото: film.ru

40 минут нам показывают тактическую и боевую подготовку, перемежаемую общением в стиле бравого солдата Швейка. А потом громыхающие «панцеры» начинают по одному стягиваться к оборонительной линии и ждать, пока советские солдаты будут сперва с соколиной меткостью крошить им гусеницы, а потом поджигать обездвиженный металлолом бутылочным арсеналом. Дважды выступит безоткатное орудие. Отметятся два звена пэтээрщиков. В самые драматичные моменты из последних сил материализуется пулеметчик и добьет живую силу противника трехминутными очередями. Всё. Скажем так: на «Линии Сталина» (переодетые артисты которой также работали на этом предпоказе) представления иногда проходят с большим огоньком и разнообразием.

Да, танки жуткие. Их инфернальное лязганье, помноженное на нижние планы и прочий голландский угол, действительно создавало в зале натянутую атмосферу жути. Однако даже у Шахназарова в «Белом тигре» этот потусторонний аспект работал жестче — чего уж и говорить о более богатых представителях жанра.

Фото: film.ru

Фото: film.ru

Отдельным плохим словом хочется помянуть и тех, кто попытался привнести в сценарий лютое подобие постмодернизма. В какой-то момент солдаты на марше начинают обсуждать сюжет «Семи самураев», «Великолепной семерки» и «300 спартанцев». Выглядит это не просто анахронизмом, а результатом вполне себе удачной лоботомии. Уж и не знаю, на какую аудиторию был рассчитан сей ударный эпизод, но на просмотр она явно не явилась. Зашушукались даже ветераны в первом ряду…

И так — практически с каждым аспектом этого фильма. Оператору удались только закаты, артистам — исключительно крики, сценаристам — три монументальные реплики, звукорежиссеру — лязг и громыхание. Пиротехникам — примерно треть всего потраченного тротила.

Единственное, что удалось фильму на 100%, это вновь разбудить память о тех страшных днях. Невозможно равнодушно смотреть, как люди умирали, чтобы ты жил. И это хоть и косвенная, но все-таки заслуга фильма. Впрочем, ее можно приписать любому релизу о войне — это уже чистая сила ассоциаций.

Фото: film.ru

Фото: film.ru

Само же кино, увы, получилось мертворожденным. И минимальные проблески жизни только подчеркивают это. Сериальные лексика, пластика и специфика сгубили большую задумку и чистые помыслы. В данном конкретном случае благие намерения привели в никуда.

А это самый простой способ остаться ничем.

Поделиться: Напечатать
Подпишитесь на новости:
 

Читайте также

Новости 24