«Мы будем возвращать зрение
слепым людям»

О прошлом и будущем «Нового Зрения», современных технологиях
в офтальмологии и о жизненных принципах рассказал основатель Олег Ковригин
в интервью «Комсомолке»
По современной возрастной классификации, период детства скоро будет продлен до 30 лет. Предприниматель Олег Ковригин в этом возрасте открыл свой первый офтальмологический центр «Новое Зрение» в Минске. В этом году клиника празднует юбилей - 20 лет успешной работы.

Сегодня это одна из крупнейших международных сетей глазных клиник в Европе. «Новое Зрение» знают и доверяют ему пациенты в 15 странах мира. В этом году стартовал масштабный проект по открытию крупного научно-офтальмологического и учебного центра на Мальте.

О прошлом и будущем «Нового Зрения», современных технологиях в офтальмологии и о жизненных принципах, без которых нельзя добиться успеха, рассказал основатель Олег Ковригин в интервью «Комсомолке».

Олег Ковригин успешно провел переговоры с премьер-министром Мальты Джозефом Мускатом о строительстве новой клиники и создании медицинского университета.

«Построили новое здание,
не прекращая работу старой клиники»

— Олег Иванович, для меня, как и для многих минчан, стало полной неожиданностью преображение первой вашей клиники, открытой в 2006 году. Это же совершенно новое здание, которое выросло на старом месте за несколько месяцев!
В свое время проект «Новое Зрение» стартовал на арендных площадях МТЗ. Но в 2005 году мы приобрели участок земли в Минске и занялись проектированием здания новой клиники. Я сразу заложил секретное проектирование. Это значит, что здание изначально проектируется в 2 - 3 раза больше, чем оно будет. Тогда я не знал, какими темпами будет развиваться офтальмология. Как раз тот потенциал, который заложил в свою клинику, проектируя ее в 2005-м, оказался востребованным сейчас. В 2018-м мы провели масштабную реконструкцию, увеличив площадь клиники в два раза.

Важно, что интересы пациентов не пострадали во время реконструкции, ведь старая клиника продолжала работать в обычном режиме. Мы довольно быстро и просто достроили еще один корпус, который был у меня в чертежах и ждал своего часа в служебных документах. Клиника увеличилась в разы, чтобы было больше места в операционных, больше удобства и комфорта. То, что вы видите сейчас, является раскрытием потенциала нашей клиники на 2/3. В ней еще остается секретное проектирование, которое, возможно, будет реализовано позднее.
Сейчас идет новый этап реконструкции - строим клинику в клинике, детскую во взрослой. Эти работы будут завершены через несколько месяцев, чтобы еще большее количество детей могло получить профессиональную помощь.
Клиника увеличилась в разы, чтобы создать для людей больше удобства и комфорта.
— Ваши коллеги рассказывали, что на международных конференциях не раз слышали много лестных слов в ваш адрес от зарубежных авторитетных офтальмологов, у которых после общения с вами и мыслей не возникало, что вы не медик по образованию. Где вы учились? И почему вас заинтересовала офтальмология?
— Я закончил Институт нефти и газа в Тюмени со специальностью «инженер-механик». Маркетинг, медицинский менеджмент, медицинский маркетинг и т. д. - все это дополнительное образование я получал потом на семинарах, курсах, когда чувствовал недостаток знаний, которые мне нужны. Закрывал какие-то пробелы в своей образованности и шел дальше. В зависимости от того, какой у человека потенциал, как он может самообразовываться, у него меньше ошибок и больше возможностей создать что-то успешное. И, наверное, у меня это получается.
Нормальный человек учится всю жизнь. Если мне понравится, как профессионал кладет кирпичную кладку, я могу этому начать учиться. Кстати, у меня есть диплом каменщика 4-го разряда. Это в школе у нас, как у всех в то время, было производственное обучение.

Интерес к офтальмологии возник, когда пообщался с врачами больниц, которым мы поставляли операционные микроскопы (у меня в то время была компания по продвижению нового оборудования и технологий). Они говорили о клинике микрохирургии нового типа.

Позже, уже в Минске, я познакомился со многими специалистами. В 1999 году мы арендовали площади в поликлинике Минского тракторного завода, закупили оборудование, пригласили врачей, которые готовы были пройти обучение. С этого и начиналось «Новое Зрение».

Пока шла реконструкция, клиника работала в обычном режиме.

«Моя задача - найти очень талантливых докторов
и дать им возможность развиваться»

— На сегодня вы открыли уже 15 клиник в разных странах Европы. А хороший офтальмохирург - специалист, как говорится, штучный. Нет дефицита в таких специалистах?
— Мир очень большой, и найти специалистов, которые нужны, можно. Конечно, как и в каждой профессии, не все одинаково хороши. Как журналисты: есть талантливые, а есть просто те, кто пишет. Есть талантливейшие врачи и те, кто просто получил медицинское образование. Моя задача как раз и состоит в том, чтобы найти очень талантливых докторов и дать им возможность развиваться, развивать клинику и подбирать людей, которые сначала работают на третьих-вторых ролях, а потом переходят в разряд звезд. И это очень кропотливая и важная работа. При этом надо обеспечивать докторов современным оборудованием и расходными материалами и идти вместе с ними на передовых позициях технологий, которые есть в мире.
«Тот потенциал, который был заложен в клинике в 2005 году, оказался востребованным сейчас».
Я горжусь, что многие люди работают у нас по 20 лет. Сегодня в штате нашей сети более 1500 специалистов. И среди них доктора, которые входят в число звезд европейской офтальмологии: Вадим Мурашко, Юрий Тоболевич. Юрий Семенович - один из немногих белорусских специалистов, чье образование сертифицировано в Евросоюзе, он имеет право работать полноценно во всех странах ЕС, Российской Федерации, Украине, а его лекции внимательно слушают серьезные европейские специалисты.

Все большие проекты основываются в первую очередь не на красивом алюминии, стекле и граните. Это априори должно быть. Они основываются на умном проектировании и привлечении в первую очередь специалистов. Кадры решают все.

«Уже появилось 3D-оборудование.
Обычные технологии остаются в прошлом веке»

Кроме кадров имеют значение и оборудование, и методики. Вы уже 20 лет в профессии. Насколько за это время поменялись технологии в офтальмологии?

В офтальмологии очевиден большой прогресс. Законодателями являются компании из США, Японии, Германии, Великобритании. Проведена колоссальная работа над решением проблемы катаракты. Теперь пациент может получить естественный результат после операции по поводу катаракты. Естественный - значит, человек хорошо видит и вдаль, и вблизи, и на среднем расстоянии.

Также благодаря новым технологиям и современному оборудованию стала точнее и качественнее лазерная коррекция.

Технология 3D позволяет наблюдать за ходом операции хирургу
и всей операционной бригаде.
Появилось совершенно новое направление - 3D-хирургия. Это уход от традиционной оптической направляющей в хирургии глаза. Раньше врач смотрел в микроскоп, получал увеличенное разрешение и выполнял хирургическое вмешательство. Сейчас микроскопа как такового нет.
Появились 3D-видеокамеры, которые в очень высоком разрешении снимают информацию и передают ее на специальный экран в операционной. Хирург, надев специальные очки, видит операционное поле в формате 3D.
Таким образом, исчезли все минусы того, что врач проводит операцию под микроскопом. Такие, например, как источники повышенного освещения, которые делали засветы глаза пациента во время операции. Это нефизиологично, когда в течение 30 - 40 минут на глаз светят, последствиями могут стать повреждения сосудов и сетчатки. Также работа с источником повышенного света была проблемой и для самого доктора.

Это очень удобно для работы всей операционной бригады, а для хирурга - в первую очередь. Он будет меньше напрягаться и уставать во время операции, лучше видеть, что делает. 3D-видеокамера позволяет врачу наблюдать за всей операционной в обычном виде. Когда он переводит зрение вправо или влево от экрана, ничего не меняется. Одновременно получает возможность наблюдать за ходом операции вся операционная бригада, которая состоит не только из ассистента врача и медсестры, как было раньше, но медицинского инженера, двух хирургов и минимум двух медсестер. Мы идем в ногу со временем, 3D-хирургия в настоящий момент уже стала реальностью, и европейские клиники тащат за собой локомотивом остальную белорусскую офтальмологию.
— Насколько это дорого - внедрять новые технологии?
— Если говорить о 3D - это очень дорогостоящее оборудование, которое приобретается и устанавливается дополнительно к микроскопам. Оно интегрируется в обычные операционные микроскопы. Снимается оптический тракт, а вместо него устанавливается видеокамера и подключается ко всей системе. Одна система стоит более 150 тысяч евро, а их нужно 15 - 20. Это очень серьезное перевооружение. Но оно позволяет следовать современным тенденциям в офтальмологии, давать лучшее качество и отличный результат для всех пациентов и беречь глаза хирургов.
— У вас редкий дар - быть впереди планеты всей. Как вам это удается?
— Японцы говорят: «Можно учиться точить нож всю жизнь». И я с ними согласен. Я каждый день читаю специальную литературу, часто езжу на конференции, симпозиумы, общаюсь с коллегами из разных стран. Смотрю, где интересный опыт, новые знания. В Европе меня считают одним из лучших специалистов по медицинскому оснащению больниц, и ко мне часто обращаются с просьбой по экспертизе, подготовке медицинских проектов.

То, что происходит, - добросовестная работа. Думаю, если с отдачей работать на любом участке - в больнице, на тракторном заводе - все будет хорошо получаться. Просто нужно заниматься делом, которое действительно любишь.

Но при этом очень важна поддержка и понимание со стороны семьи. Необходимо сохранить контакт со своей семьей, своими детьми, чтобы уделить им внимание и не растратить свою жизнь полностью на работу, которая и так занимает большую часть времени.

«2019-й - год двух масштабных проектов
в России и на Мальте»

Я знаю, что сейчас вы заняты большими проектами за границей. Расскажите об этом подробнее.

2018-й был годом больших проектов. Строительство нового здания в Минске. Возведение огромнейшей клиники микрохирургии глаза в Карелии, в Петрозаводске, которая закрыла все потребности этого региона в офтальмологии.

Но 2019 год обещает быть еще более насыщенным. Уже стартовали два новых проекта. В России начинается строительство клиники сложной детской микрохирургии и онкоофтальмологии. Мы провели серьезные переговоры с властями Карелии, а они по нашей просьбе - с руководством инновационного комплекса «Сколково», чтобы получить возможность использовать технологии и оборудование, которые еще не прошли апробацию в России, но успешно работают в странах Евросоюза, Японии, США, привлекать к работе иностранных врачей без длительной процедуры признания их дипломов.

«Важно то, что в своих проектах мы никогда не используем государственные деньги».
Мы будем принимать детей со всей России, так как нет смысла открывать такие большие клиники по всей стране. Разумнее приехать и создать в одном месте какой-то конгломерат, центр, где будет возможность решать эффективно серьезные проблемы. 29 марта мы заложили первый камень в основание строительства этого большого комплекса. Планируется принятие на работу более 1000 специалистов.
— Еще один масштабный проект у вас стартовал на Мальте.
— Да. Были успешно проведены переговоры с премьер-министром Мальты Джозефом Мускатом и министром экономики этой страны Кристианом Кардона. Я получил полную поддержку со стороны премьер-министра, министра экономики и остальных членов правительства, профильных ведомств, которые участвуют в данном проекте. Это очень серьезный проект в масштабах Мальты и всего Евросоюза.

В данном случае речь идет не только о строительстве на Мальте глазной клиники, но и создании крупного учебного и научно-практического офтальмологического центра. Сейчас мы приступили к реализации.

На первом этапе будет возведена большая современно оснащенная клиника. На ее базе планируем открыть лаборатории для решения проблем бионического зрения.
Мы будем возвращать зрение абсолютно слепым людям. Это очень ответственный проект. Абсолютно слепому человеку имплантируется электронный чип, который по блютузу соединяется со специальными очками, и человек видит, может себя обслуживать, ходить.
Сейчас мы работаем в тесном контакте с канадской компанией Argus, которая изобрела бионический глаз, и с другими компаниями, которые выходят на рынок с тем, чтобы сделать технологию доступной для многих людей.

Хочу отметить, что власти Мальты и Карелии ведут активную работу по привлечению иностранных инвесторов. При таком подходе хочется работать еще лучше. Так, перед глазами руководства Карелии две картинки - 2016 и 2018 год. Они показывают, какой развал был тогда и какой современной офтальмология стала сейчас с нашим приходом. Раньше было много жалоб и обращений пациентов в Минздрав России, к губернатору. А сейчас эти проблемы исчезли, появилось огромное количество благодарностей от счастливых пациентов.
Новый этап реконструкции - клиника в клинике, детская во взрослой.
Очень важно и то, что в своих проектах мы никогда не используем государственные деньги. У нас нет бюджетного финансирования. Это или средства банков, или деньги инвесторов, которые размещают свои средства на понятных условиях. Мы не забираем социальные деньги, не пытаемся штамповать что-то ненужное. Мы создаем всегда тот продукт, те больницы, которые действительно нужны людям.
— Приятно, что при всем масштабе своей работы вы не забываете Беларусь. Здесь вы создали клиники, привезли инновационные технологии, современное оборудование, привлекли к работе лучших специалистов.
— Соглашусь, что для Беларуси я сделал много. Первая операция по бесшовному удалению катаракты была проведена в нашей клинике. Я купил прибор, который позволял это сделать, обучил докторов. Были восстановлены старые исторические здания для клиник в Витебске, Гродно, Бресте...

Мои труды как специалиста в области глазных клиник получили высокую оценку в разных странах. В прошлом году я третий раз подряд стал самым инновационным бизнесменом Литвы. Сейчас номинирован еще на несколько государственных наград в разных странах. Уже, видимо, начинаю пожинать плоды того, что создал.
В Беларуси никогда не получал ни благодарности, ни грамоты. На этот счет вспоминаю одну историю. Известная актриса, которая играла в театре еще при царском режиме, получила при советской власти грамоту. «Как я за это благодарна! - сказала она. - Ну что при царе мне дарили? Лошадей, деньги… Все это я промотала. А вот грамота - это навсегда».

Если серьезно, я работаю для людей, и мне важен не какой-то знак отличия, признание кем-то моих заслуг. Мне важно то, что дети могут привести пожилых родителей в клинику, вернуть им с помощью современных технологий зрение, и их родители увидят своих детей так же четко и ярко, как в детстве. Я осознаю ответственность и стараюсь работать еще лучше. Поэтому технологии, которые появляются в мире, мне важно принести везде, и, конечно, в первую очередь в Беларусь. Потому что я работаю для страны, а не для чиновника, который будет подписывать мне документы.

— Что, на ваш взгляд, можно изменить, чтобы белорусы могли пользоваться последними достижениями офтальмологии, независимо от своего достатка?

Любая бюрократическая машина работает, если она сориентирована в нужном направлении. И во многом нам даже не обязательно изобретать велосипед, можно просто скопировать. Например, система медицинского страхования.

Скульптура во дворике клиники. Все для хорошего настроения пациентов!
Достаточно приехать в Литву, Россию или другую страну, где она работает, и посмотреть, чтобы адаптировать для себя.
Нужно желание властей это сделать.
Если государство берет у людей деньги в виде налогов на их зарплаты, то взамен люди должны иметь возможность получать услуги жизненно важного страхования.
Но над системой медицинского страхования в Беларуси надо еще работать. В России такой проблемы нет. Там человеку могут прооперировать катаракту бесплатно в частной клинике. В Литве, Латвии, Эстонии, Польше такой проблемы нет.

Государственные деньги - это деньги налогоплательщиков, в том числе и нашего предприятия. И я хочу, как налогоплательщик Беларуси, чтобы мои деньги шли на лечение людей, которые нуждаются в медицинских услугах: на кардиологию, онкологию и т. д. Чтобы, как в развитых европейских странах, было просто и понятно, куда деньги идут. Чтобы полноценно работало медицинское страхование, и в сложной ситуации, когда человек хочет сделать жизненно важную операцию, ему не приходилось продавать все и собирать деньги, а он мог бы по полису медицинского страхования эту операцию сделать.
После операции окружающий мир заиграет новыми красками.
— Каким вам видится будущее офтальмологии? Какого прорыва вы желаете как специалист в этой области?
— Прогресс шагает семимильными шагами, совершенствуются технологии, оборудование. Но хочется не столько фантазировать на тему будущего, сколько иметь возможности сегодня помогать людям решать их проблемы со зрением.

Когда к тебе приходят молодые родители с двухмесячным ребенком на руках и ты видишь, что из-за недобросовестности или недообразованности офтальмолога в роддоме или где-то еще есть проблема, которая приводит ребенка к слепоте, то такие ситуации очень приземляют. Просто хочется найти универсальный ответ на те нерешаемые офтальмологические проблемы, которые сейчас существуют. Хочется преодолеть слово «нет» и ответить «да» на вопрос, можно ли вернуть зрение в тупиковых ситуациях. Это и есть мое самое большое желание.
Автор: Раиса Юдина. Фото: Виктор Драчев, pixabay.com
Made on
Tilda