Общество

«Это один из крайних методов протеста в тюрьме»: правозащитник и экс-заключенный – о голодовках за решеткой

Вспомнили, кто в Беларуси решался на такой метод и приводила ли голодовка к удовлетворению требований заключенных
Сейчас голодовку в знак протеста и несогласия с обвинением держит блогер Игорь Лосик. Фото: pixabay

Сейчас голодовку в знак протеста и несогласия с обвинением держит блогер Игорь Лосик. Фото: pixabay

Сейчас в СИЗО голодает Игорь Лосик, администратор телеграм-канала «Беларусь головного мозга». Его обвиняют в участии в массовых беспорядках и организации действий, грубо нарушающих общественный порядок. Лосик считает обвинения необоснованными, поэтому 15 декабря он объявил голодовку.

Игорь Лосик объявил бессрочную голодовку. Фото: @radiosvaboda

Игорь Лосик объявил бессрочную голодовку. Фото: @radiosvaboda

- Я несправедливо лишен свободы и возможности увидеть свою семью. Полгода я уже просидел в тюрьме по абсурдному обвинению в преступлении, для совершения которого я должен был бы воспользоваться телепортом. У меня было и есть алиби, но следствие это полгода игнорировало. Хорошо все обдумав, взвесив все «за» и «против», я решился на такую крайнюю меру, чтобы попытаться добиться справедливости, - так в письме из СИЗО он объяснил причину своей голодовки.

Игорь Лосик заявил, что надеется на поддержку белорусов и просит помощи у международных организаций.

Вместе с Игорем Лосиком с 15 декабря голодала его жена Дарья, 21 декабря она прекратила голодовку. По ее словам, после интервью и видеообращений на ее семью начался сильный прессинг. Игорь прекращать голодовку пока не собирается.

В знак несогласия с обвинениями в СИЗО голодал адвокат, член президиума Координационного совета Максим Знак.

Юрист Максим Знак (на фото он справа) держал голодовку 10 дней

Юрист Максим Знак (на фото он справа) держал голодовку 10 дней

Фото: Павел МАРТИНЧИК

Его обвиняют в призывах к действиям, направленным на причинение вреда национальной безопасности Республики Беларусь. 18 сентября он объявил голодовку, она продолжалась 10 дней. За это время он похудел на 6 килограммов.

Правозащитник: «Голодовка - один из крайних методов протеста заключенных»

- Голодовок на моей памяти было много – и в ЦИПе, но чаще – в СИЗО, в местах лишения свободы, в штрафных изоляторах, куда заключенных помещают якобы за дисциплинарные проступки, - говорит Валентин Стефанович из лишенного регистрации правозащитного центра «Вясна». - Это один из крайних методов протеста заключенных: его можно сравнить с такими методами, как умышленное членовредительство, когда заключенные наносят себе увечья, режут вены, вскрывают живот и так далее. Таким образом они пытаются обратить внимание на свое положение.

Голодовка может быть сухой, когда человек отказывается от всего, включая воду. При обычной голодовке воду все-таки пьют.

- Когда не пьют воду – это совсем опасно, потому что без влаги человек быстрее может умереть. На моей памяти смертей белорусских заключенных из-за голодовки не было, хотя история других стран знает такие случаи. В критических ситуациях людей кормят насильственно: так произошло с Виктором Гончаром, - говорит правозащитник.

Напомним, бесследно исчезнувший в сентябре 1999-го Виктор Гончар, провел десятидневную сухую голодовку весной 1999 в изоляторе на Окрестина. Политик, государственный деятель, бывший председатель Центральной комиссии по выборам и проведению референдумов оказался там по обвинению в организации несанкционированного собрания. Арестовали Гончара за час до открытия заседания оппозиционного избиркома.

В 2012 через принудительное кормление прошел витебский активист Сергей Коваленко. Его обвиняли в уклонении от отбывания наказания в виде «домашней химии» - это наказание ему назначили за вывешивание бело-красно-белого флага на главной новогодней елке Витебска.

По словам Валентина Стефановича, голодовкой политзаключенные иногда добивались улучшений по режиму.

- Но чтобы кого-то освободили из-за этого – вряд ли. Все-таки освобождение политзаключенных было связано с более глобальными внешними процессами: например, потеплением отношений между Беларусью и Западом. Когда в 2011 году были угрозы применения более жестких экономических санкций по отношению к Беларуси, большинство политзаключенных освободили.

Одна из первых голодовок, о которой узнал правозащитник - голодовка профессора Юрия Ходыко. Доктор физико-математических наук, политик, один из первых признанных политзаключенным в независимой Беларуси был арестован после митинга «Чернобыльский шлях» 26 апреля 1996 года. 28 апреля в СИЗО на Володарского Ходыко объявил бессрочную голодовку. Она продолжалась 23 суток, а 21 мая его освободили под подписку о невыезде и сразу доставили в больницу.

- Его арест вызвал довольно большой резонанс, поговаривают, что даже Борис Ельцин звонил Александру Григорьевичу и говорил, что нехорошо профессоров в тюрьме держать. Уголовное дело в отношении Ходыко позже прекратили. Ну а потом голодовки политзаключенных стали довольно частым явлением. Этот протест подразумевает определенный резонанс, когда об этом пишут журналисты, говорят правозащитники, в том числе международные. Поэтому, наверное, обычные заключенные, которые не могут рассчитывать на такой резонанс, не голодают.

Бывший политзаключенный Сергей Скребец о своей 40-дневной голодовке: «Голод притупляется, но тошнота и интоксикация – нет»

Сергей Скребец, бывший депутат Палаты Представителей, руководитель оппозиционной депутатской группы «Республика» и претенденты в кандидаты на пост президента Республики Беларусь 2001 и 2006 годов в знак протеста голодал несколько раз, одна из голодовок длилась 40 суток.

В 2005 году его обвинили в выманивании кредитов у государства, незаконной предпринимательской деятельности и подготовке к даче взятки в особо крупных размерах. В знак протеста Скребец объявлял голодовки.

За время заключения Сергей Скребец провел несколько голодовок, одна из них длилась 40 дней. Фото: svaboda.org

За время заключения Сергей Скребец провел несколько голодовок, одна из них длилась 40 дней. Фото: svaboda.org

- Полтора года, пока сидел, я или голодал, или выходил из голодовки, то есть процесс был практически непрерывным. Я просто перестал есть с того момента, когда меня арестовали, - рассказывает «Комсомолке» Сергей Скребец. - Меня везли из Минска в Брест, и там, по дороге, я и объявил голодовку. Милиционеры тогда посмеялись. Конечно, об этом никто не знал. Но это был единственный способ протеста, который я мог там применить.

Когда начались гонения на всю группу «Республика», я уже понимал, что буду сидеть. И готовился к голодовке. Тогда нас, парламентариев, возили по разным экскурсиям на предприятия, столы ломились, а я сидел воду пил. Депутаты спрашивали: «А почему ты ничего не ел?». Отвечал, что готовлюсь сидеть. Они думали, что это шутка.

Сергей Скребец рассказывает, что голодать в тюрьме особенно тяжело, потому что там нет свежего воздуха, людей редко выводят на прогулки, в камере постоянно кто-то курит, кто-то ест, кто-то идет в туалет.

- В таких условиях голодать неприятно. Но меня поддерживала злость. В первые дни за счет собственных резервов организм еще находится в более-менее нормальном состоянии. Потом поедает сам себя: мышцы, жир. Вода помогает расщеплять это все. Происходит сильная интоксикация организма, постоянно тошнит. Голод притупляется, но тошнота и интоксикация – нет.

Политик вспоминает, что в первую неделю голодовки он потерял больше всего килограмм.

- Бывали дни, когда я терял килограмм в день. После 20-го дня меня взвешивали каждый день и пульс меряли. Я потерял около 30 килограммов за 40 суток – это была сильная потеря, не знаю, почему – во время других голодовок так не было. На 36-й день у меня была температура около 34 градусов, верхний пульс понизился до 70 – организм сворачивает процессы. Но я не выглядел умирающим – я так думаю, зеркала там не было. Тогда тюремщики не на шутку перепугались и сказали, что будут насильно вводить еду, но это еще хуже. Я пообещал, что скоро буду выходить. Стал пить воду, разбавленную яблочным, свекольным соком. Организм начал жить, перестали происходить обмороки. В последние дни голодовки в туалет я уже боялся один ходить, потому что в обморок падал постоянно. Находился в прострации. Но силы передвигаться были. В последние пять суток ты голодаешь по часам: час прошел, уже считаешь, что сделал подвиг. Те унижения, через которые приходится проходить, легче переносятся, когда голодаешь. Мне, во всяком случае, было легче. Я считаю, что это не принесло мне серьезных проблем со здоровьем. Да, тяжеловато было восстанавливаться, но хронических последствий не было.

Самые длительные голодовки белорусских политзаключенных

Николай Автухович – 74 и 90 дней

Две самые длительные голодовки держал Николай Автухович – волковысский предприниматель, кандидат в депутаты Палаты предствителей на выборах 2004 года, активист предпринимательского движения. Первый срок он отбывал за неуплату налогов в особо крупном размере. Второй - за незаконное хранение охотничьего ружья и пяти патронов к нему.

Одна из голодовок Николая Автуховича длилась 90 дней

Одна из голодовок Николая Автуховича длилась 90 дней

За это время за решеткой он держал несколько голодовок (74 дня в 2006 и 90 – в 2009-м). После первой голодовки Автуховичу изменили меру пресечения на домашний арест по месту жительства. Во время второй, 90-дневной голодовки Автухович требовал или передать его дело в суд, или изменить меру пресечения на подписку о невыезде. Эти требования удовлетворены не были. За три месяца голодовки Автухович сильно подорвал здоровье, похудел на 35 килограммов.

Сейчас Автухович снова стал обвиняемым по уголовному делу – в декабре 2020 его вместе с группой других людей обвинили в создании «террористической группировки», которая поджигала автомобили и дома силовиков Гродненской области.

Александр Козулин – 55 дней

Экс-кандидат в президенты на выборах 2006 года, лидер Белорусской социал-демократической партии (Грамада) голодал в колонии «Витьба-3».

Александр Козулин после освобождения. Фото: Reuters

Александр Козулин после освобождения. Фото: Reuters

В июле 2006 по обвинению в злостном хулиганстве и организации массовых беспорядков приговорили к 5,5 годам колонии. Александр Козулин себя виновным не признал, и 20 октября в знак протеста начал бессрочную голодовку, которая в результате продлилась 53 дня. Условием для прекращения голодовки он назвал рассмотрение белорусского вопроса в Совете безопасности ООН. 13 декабря 2006 года представитель США Уильям Бренсик во время закрытого заседания в СБ ООН озвучил ситуацию с правами человека в Беларуси. Сенатом США был поддержан законопроект, в котором президента США призвали ввести дополнительные санкции против Беларуси.

За 8 месяцев заключения и больше 50 дней голодовки Козулин потерял 41 кг веса.

В августе 2008 Козулин был освобожден в результате помилования Александром Лукашенко.