Общество

«Дал возможность спастись нам...»: курсант-подводник из белорусской глубинки спас 26 моряков в Японском море ценой жизни

Александр Лискович погиб на затонувшей подлодке С-178 в октябре 1981 года. На его родине в Кобринском районе увековечили память о герое только через 40 лет
В 2020 году на школе в Хидрах открыли мемориальную доску курсанту-подводнику Александру Лисковичу.

В 2020 году на школе в Хидрах открыли мемориальную доску курсанту-подводнику Александру Лисковичу.

Фото: Оксана БРОВАЧ

Вряд ли вы слышали о курсанте-подводнике Александре Лисковиче. О трагедии, которая случилась в октябре 1981 в водах Японского моря и связана с его именем, стало известно лишь спустя 25 лет, когда рассекретили документы. Александр погиб, когда ему было всего 20 лет. И, как уверен выживший старпом затонувшей подлодки, погиб героем.

– 6.30 утра, как сейчас помню. Мы с мамой были на ферме, я ей помогала. Приезжает начальник почты. Спрашивает: «А где Лискович?» И вот, стоит мама, а почтальон достает из сумки телеграмму: «Лискович Александр трагически погиб, выполняя долг перед родиной». Как мы с мамой кричали, как плакали... – вздыхает сестра погибшего в октябре 1981 года курсанта Светлана Кухта.

Курсант Александр Лискович погиб на подлодке С-178, которая затонула 21 октября 1981 года. Фото: из личного архива семьи, предоставлено Хидринской школой

Курсант Александр Лискович погиб на подлодке С-178, которая затонула 21 октября 1981 года. Фото: из личного архива семьи, предоставлено Хидринской школой

Александр Лискович родом из деревни Каташи Кобринского района. Это место известно в округе как курорт, за деревней - роскошное озеро. Вода в нем бирюзовая, а песок на берегу белый-белый. Кажется, фотографии с местного пляжа запросто сойдут за снимки из Туниса. Теперь никто не скажет, повлияло ли на решение стать подводником это живописное озеро, напоминающее море. Но когда призывнику предложили стать профессиональным военным моряком, он согласился. Поступил на учебу в Школу техников военно-морского флота СССР в Ленинграде. Попал в 506-й учебный краснознаменный отряд подводного плавания.

Последний раз на родине Александр Лискович был незадолго до аварии с подлодкой, на которой он проходил стажировку. Увы, повод для визита домой был печальный.

– Алик (мы его в семье так называли) приезжал на похороны папы в августе 1981-го. Дома был две недели. Так уезжать не хотел! – сестра курсанта Светлана навсегда запомнила, как провожала брата на службу. – Говорю ему: «Алик, сейчас будет автобус идти, мы с тобой опоздаем! Потом неизвестно, как до Бреста добираться – а у тебя билеты в Ленинград!» А он посидит на диване тут, в прихожей, потом пойдет в гостиную посидит. И вот так, туда-сюда. «Алик, пойдем!» – «Сейчас, еще чуть-чуть». Он метался по всей хате. Никак уходить не хотел. И мы действительно чуть не опоздали на автобус!

Сестра Александра Лисковича на открытии мемориальной доски брату. Фото: Белорусский союз военных моряков, morsouyz.by

Сестра Александра Лисковича на открытии мемориальной доски брату. Фото: Белорусский союз военных моряков, morsouyz.by

«У меня на глазах умирали. Затихали…»

В сентябре 1981 года второкурсник Школы техников военно-морского флота СССР Александр Лискович поступил на практику на дизельную подлодку С-178. Он стажировался как дублер старшины команды мотористов. В его обязанности входило следить за силовыми установками и оборудованием на подлодке.

– Его отправили на стажировку на Тихоокеанский флот, попал к нам на лодку. После стажировки он должен был получить звание мичмана, планировал вернуться к нам уже старшиной команды мотористов. Впервые пошел на лодке в море с нами... – рассказывает «Комсомолке» о подчиненном Сергей Кубынин, старший помощник капитана подводной лодки С-178.

После выполнения задания подлодка направлялась в порт Владивостока. Вошла в район боевой подготовки – залив Петра Великого в Японском море. Разрешение на вход в залив дал оперативный дежурный. Маршрут был известным, море – спокойным, видимость – полная. Экипаж предвкушал возвращение домой. На подлодке был ужин. Курсант Саша Лискович обсуждал с сослуживцами, с которыми успел подружиться, поход в ресторан – хотел отметить успешное окончание стажировки...

Никто из них не мог предположить, что оперативный дежурный дал добро войти в залив одновременно и другому судну – «Рефрижератор-13». Траулер шел вдоль берега с выключенными ходовыми огнями.

Репродукция картины А. Лубянова «Таран в заливе Петра Великого»

Репродукция картины А. Лубянова «Таран в заливе Петра Великого»

– На «Реф-13» с утра праздновали день рождения старпома Курдюмова и к вечеру так «наотмечались», что вышли в море, не включив сигнальных огней, хотя уже стемнело. Стоявший на вахте четвертый помощник капитана рефрижератора заметил наш пеленг, но Курдюмов не сменил курс, лишь отмахнулся: мол, не беда, какая-то мелкая посудина болтается, сама дорогу уступит. Проскочим! Но рыбаки-то нас видели, а мы их – нет! – рассказывал в интервью «Российской газете» старпом Сергей Кубынин.

Ситуация была критической. От столкновения уйти было уже нельзя – подлодка заметила «Рефрижератор-13» за считаные мгновения до удара. Командир С-178 успел развернуть лодку так, чтобы корабль не протаранил первый отсек с боевыми ядерными торпедами – а это 2,5 тонны взрывчатки. В итоге траулер сделал пробоину в 15 квадратных метров в районе 6-го моторного отсека.

Уже через 20 секунд отсек заполнила вода. На подлодке случилось короткое замыкание, и, как следствие, пожар во 2-м отсеке. Через 35 секунд было затоплено уже три отсека подлодки. Через 40 секунд она опустилась на глубину 34 метра и затонула.

Затонувшая подлодка после поднятия на поверхность. Фото: из личного архива Сергея Кубынина

Затонувшая подлодка после поднятия на поверхность. Фото: из личного архива Сергея Кубынина

Александр Лискович находился в 4-м отсеке. На принятие решения у него были буквально секунды. Он выбрал погибнуть, чтобы дать шанс выжить кому-то из своих сослуживцев. Курсант Лискович и его коллеги из 4-го отсека в темноте и под напором воды смогли загерметизировать переборку с главным 3-м отсеком, где находились 7 подводников, в том числе старпом.

– В четвертом отсеке они у меня на глазах умирали. Затихали. Это не только подвиг – это храбрость и мужество. Они знали, что погибнут точно. Задраив переборки, дали возможность спастись нам, – так в беседе с журналистами вспоминал события Сергей Кубынин.

На С-178 вместе с Александром Лисковичем погибли 32 подводника. Остальным успели прийти на помощь. Моряков организовал старпом Кубынин, и он же покинул затонувшее судно последним. На поверхность смогли подняться 26 членов экипажа. Многие из них были в тяжелом состоянии, нужна была реабилитация, но главное – они выжили. Руководил спасательной операцией вице-адмирал Тихоокеанского флота Рудольф Голосов. Он жив, ему сейчас 93 года.

«Он достоин высокой награды»

Моряков похоронили 5 ноября 1981 года в братской могиле во Владивостоке. Родным Лисковича прислали фотографии с прощальной церемонии. Состоялся суд, на котором виновными признали командиров и подлодки, и рефрижератора. Со временем о трагедии забыли.

Похороны погибших моряков во Владивостоке. Фото: из личного архива семьи, предоставлено Хидринской

Похороны погибших моряков во Владивостоке. Фото: из личного архива семьи, предоставлено Хидринской

Когда гриф секретности сняли, Сергей Кубынин задался целью вернуть доброе имя своим погибшим сослуживцам и увековечить их память.

– Первое, что мне приходит на ум, когда слышу фамилию курсанта Лисковича, – он достоин высокой награды в Беларуси, – уверен Сергей Кубынин. – Он недолго у нас был, но тем не менее успел себя зарекомендовать. Да, в то время мы жили в одном государстве – СССР, но Саша – белорус. На сегодняшний день у него свое государство. Мы подтверждаем, я сам составлял на него характеристику – он достоин высокой награды.

Из тех, с кем Лискович подружился на подлодке, выжил Марс Ямалов. На С-178 он пришел лейтенантом, командиром группы. Сейчас Ямалов живет в Свердловске, он капитан второго ранга. Это с ним, а еще с мичманом Владимиром Лысенко курсант Лискович собирался в ресторан.

Выжившие подводники в память о погибших сослуживцах устанавливают мемориальные памятные доски. В октябре 2020-го такая появилась и на фасаде школы в деревне Хидры Кобринского района, где учился Саша Лискович. Он оказался единственным белорусом на подлодке. Идею Кубынина в нашей стране поддержал Валерий Холодилин, председатель Белорусского союза военных моряков.

На открытие памятной доски в Хидрах приезжал Валерий Холодилин (в центре, снял фуражку). Фото: Белорусский союз военных моряков, morsouyz.by

На открытие памятной доски в Хидрах приезжал Валерий Холодилин (в центре, снял фуражку). Фото: Белорусский союз военных моряков, morsouyz.by

– Это не решение одного дня, от идеи до открытия мемориальной доски почти два года прошло. Моего мужа – он сам моряк – эта тема очень затронула, – рассказывает «Комсомолке» учительница истории ясли-сада-средней школы в деревне Хидры Кобринского района Ирина Назарук. – Он призывался вместе с Аликом. Алик тогда еще предлагал: «Давай вместе служить в отряде подводного плавания!» Муж не согласился, а Алик остался. И вот через много лет с ним связался Валерий Холодилин. И муж не остался равнодушным, он, как председатель сельсовета, решил, что памятную доску нужно установить. Тогда мы в школе вместе с детьми начали собирать информацию о Лисковиче. Общались с родственниками – тогда его мама еще была жива. Жаль, что она умерла, не дождавшись открытия мемориальной доски ее сыну...

«В газете буквально пару строчек про аварию…»

В Кобринском районе живут и работают одноклассники Лисковича. Правда, когда их просишь что-то вспомнить о Саше, теряются.

– Да что рассказать, говорят, был обычным парнем. В плане учебы не выделялся: ни двоечник, ни отличник – так, середнячок. Играл с мальчишками в футбол... Никто и не пытался разглядеть в нем будущего героя.

– Мы сидели за одной партой в 6-7-м классах. Он был спокойный, не хулиган. Мы-то шалили: то записками с девочками перебрасывались, то самолетики пускали, то из рогатки стреляли. А он не лез ни во что, скромный был. Мы за девочек дрались, а он так, нехотя, за компанию. И на танцевальные вечера не ходил, – таким запомнил Лисковича его одноклассник Александр, которого в деревне зовут Художником.

– Как вы узнали, что он погиб на подлодке?

– Когда в Москве служил, читал в «Известиях» коротенькое сообщение, буквально пару строчек про эту аварию. Но я тогда не знал, что Лёва там погиб – я звал Лисковича Лёвой. А потом мне родители в письме написали: «Твоего друга нема». Тогда я и сопоставил. Вышло, что после школы я его больше и не видел...

Школа в Хидрах, которую закончил Александр Лискович.

Школа в Хидрах, которую закончил Александр Лискович.

Фото: Оксана БРОВАЧ

Совсем другую характеристику дали Лисковичу сослуживцы. «В критической ситуации сохранил хладнокровие, проявил личную храбрость и отвагу. Ценой своей жизни остался верен присяге и отдал свою жизнь, на боевом посту защищая своих командиров и спасая корабль. До конца выполнил свой воинский долг перед Отечеством ценой своей жизни».

Теперь историю курсанта Лисковича, простого деревенского хлопца, сына тракториста и телятницы, который погиб как герой, в Хидрах знает каждый школьник. Дети участвовали в церемонии открытии мемориальной доски. И очень впечатлились историей выпускника своей школы. Сергей Кубынин считает, что в этом и заключается смысл кампании по увековечению памяти погибших подводников.

– Уже 40 лет прошло, это слишком много. Но я хочу, чтобы вернули честное имя командиру, которого, по большому счету, растоптали. Хочу вернуть честное имя экипажу, особенно тем, кто погиб – в том числе и Александру Лисковичу. И еще я хотел бы при своей жизни, чтобы наградили тех ребят, которые погибли. Ведь они погибли не на рыбалке, а на боевом посту. Они не прятались за спины друг друга. И погибали за Отечество – не за Кремль и не за Брежнева. Мы за Отечество служили, – заключает отличившийся спасением моряков с затонувшей подлодки С-178 Сергей Кубынин.

Сергей Кубынин показывает спасательный комплект, который помог подводникам выжить. Фото: из личного архива Сергея Кубынина

Сергей Кубынин показывает спасательный комплект, который помог подводникам выжить. Фото: из личного архива Сергея Кубынина

У родных подводника Лисковича более земные мечты.

– Я бы хотела когда-нибудь съездить во Владивосток, где наш Алик похоронен. Это очень далеко и дорого, да и мне уже за 60. Но надеюсь, что когда-нибудь все-таки удастся... – признается сестра погибшего курсанта Светлана Кухта.