Общество15 декабря 2020 14:19

«Свободы не может быть меньше или больше»: 10 главных цитат Светланы Алексиевич

Пять лет назад белорусская писательница получила Нобелевскую премию по литературе. Мы собрали ее яркие высказывания разных лет о жизни и смерти, страдании и свободе
В конце сентября Светлана Алексиевич из соображений безопасности покинула Беларусь. И сейчас собирает истории героев "белорусской революции" для возможной книги.

В конце сентября Светлана Алексиевич из соображений безопасности покинула Беларусь. И сейчас собирает истории героев "белорусской революции" для возможной книги.

Фото: Павел МАРТИНЧИК

Меня обвиняют в излишнем натурализме. Но это не натурализм - я показываю исчезновение человеческой жизни, как уходят краски с лица, какого цвета были у этого человека глаза, кровь. Я анатомирую это, чтобы человек ужаснулся самого себя. И никакая идея не может быть выше человеческой жизни. («Советская молодежь», Рига, 5 июня 1991 года)

Страдание - наш дар и проклятие, понимаете? И один из главных вопросов для меня - почему мы не можем вырваться из этого круга? Почему страдания у нас не конвертируются в свободу, в чувство собственного достоинства? («Ведомости», 18 октября 2013 года)

Свободы не может быть меньше или больше. Она или есть, или ее нет. («Ведомости», 18 октября 2013)

В молодости я думала, что идея стоит человеческой жизни, что идея выше. В конце концов, я из того поколения, которое учили только умирать. Никто не учил нас, как быть счастливыми, как любить. Никто же не говорил о сложности мира, счастья, другого человека, как это трудно - найти гармонию. Сейчас для меня человеческая жизнь выше всего. Я плохо себе представляю художника, который принимает смерть. («Комсомольская правда» в Беларуси», 13 марта 2014 года)

Я счастливый человек, потому что я уже давно делаю то, что я хочу делать, и так, как я хочу это делать. Весь этот мусор жизни – что сказала власть, что сказала соседка – на меня никогда не действовал, я жила в очищенном мире. (Пресс-конференция накануне вручения Нобелевской премии, 6 декабря 2015 года).

Флобер говорил о себе, что он – человек-перо, я могу сказать о себе, что я человек-ухо. Когда я иду по улице, и ко мне прорываются какие-то слова, фразы, восклицания, всегда думаю: сколько же романов бесследно исчезают во времени. (Нобелевская лекция, 7 декабря 2015).

Зло беспощадно, к нему нужно иметь прививку. Но мы выросли среди палачей и жертв. Пусть наши родители жили в страхе и не все нам рассказывали, а чаще ничего не рассказывали, но сам воздух нашей жизни был отравлен этим. Зло все время подглядывало за нами. (Нобелевская лекция, 7 декабря 2015).

У меня часто спрашивают: почему вы все время пишите о трагическом? Потому что мы так живем. Хотя мы живем теперь в разных странах, но везде живет «красный» человек. Из той жизни, с теми воспоминаниями. (Нобелевская лекция, 7 декабря 2015).

Надо смириться с тем, что люди наши велики в страдании, но не всегда велики в осмыслении этого страдания. Ничего с этим не поделаешь. (Meduza, 18 февраля 2020 года)

Только счастье может сделать человека лучше. Страдание дает человеку лишь способность быть жестоким. (Meduza, 18 февраля 2020 года)