Общество

«У Кристины диабет, ей нужен инсулин». В Минске задержали родителей, которые пришли к РУВД искать несовершеннолетнего сына

Детский врач-реаниматолог Андрей Витушко и его жена, маркетолог и бизнес-аналитик Кристина Витушко, сейчас в ИВС. Их родные и адвокат два дня пытались передать жизненно необходимые лекарства
Кристину и Андрея задержали 10 августа. Фото со страницы в Фейсбуке Андрея Витушко

Кристину и Андрея задержали 10 августа. Фото со страницы в Фейсбуке Андрея Витушко

Вечером 10 августа Кристина и Андрей Витушки приехали в Центральное РУВД, чтобы узнать, где их сын. Незадолго до этого их 16-летний сын Мирон со своими друзьями гулял недалеко от дома своей бабушки на улице Червякова.

- У нейкі момант пад’ехаў аўтазак – дзеці пабеглі. Частку з іх супрацоўнікі АМАП дагналі, пасадзілі ў аўтазак, - рассказывает со слов Мирона брат Кристины, Юрий Сидун. Через некоторое время кого-то из подростков отпустили, они рассказали, что автозак поехал в сторону Дворца спорта. Кристина отправилась туда.

- Яна падыходзіла да машын, якія там стаялі, але, зразумела, што з яе ўсе толькі пасмяяліся. Тады Крысціна паехала ў РАУС Цэнтральнага раена.

Оттуда женщина еще звонила брату – рассказывала, что к зданию постоянно подъезжают «скорые». Туда пришел и Андрей Витушко, который работает неподалеку. Он врач отделения анестезиологии-реанимации РНПЦ «Мать и дитя».

В 22.20 Кристина и Андрей перестали отвечать на звонки. Юрий ждал несколько часов, пытался дозвониться. Уже ночью стало понятно, что супругов задержали.

- Ноччу з'явилася інфармацыя, што Мірона выпусцілі, але ен не мог дазваніцца бацькам, каб яго забралі адтуль.

О том, что их задержали, парень узнал от своей девушки. Она рассказала, как все происходило: к РУВД подъехал автозак, родители Мирона бросились к нему в надежде, что там их сын. Но оттуда вышли силовики и задержали Кристину, Андрея и других людей. Всех увезли на Окрестина. Ночью девушку Мирона и ее родителей отпустили. Они рассказали, что в камерах было по 35 человек.

- Галоўная праблема ў тым, што ў Крысціны дыябет 1 тыпу. Ей патрэбна калоць інсулін, але лекі яна пакінула ў машыне, якая засталася каля РАУС. Прайшло ўжо амаль двое сутак – гэта вельмі небяспечны тэрмін. Яна можа страціць прытомнасць. Мы спрабавалі перадаць лекі, але дакладна не ведалі, дзе знаходзіцца Крысціна і Андрэй.

Утром появилась информация, что задержанных везут в Жодино, а днем 12 августа Юрий узнал от волонтеров, что его сестра все же на Окрестина. Адвокат пробовал передать лекарства, но ничего не получалось.

Юрий говорит, что они с адвокатом подготовили жалобы во все возможные инстанции. Мама Андрея в момент нашего разговора с Юрием пробовала передать в ИВС инсулин - сотрудник изолятора буркнул, что все нужные лекарства у них есть.

- У Крысціны спецыфічная форма дыябету, да таго ж яна вельмі адчувальная да беларускіх лекаў, якія могуць у ізалятары. Да таго ж лекі, якія яна прымае, патрэбна захоўваць у лядоўні, таму, нават калі іх перадаць, ніхто не ведае, ці будуць там захоўваць іх так, як трэба, - беспокоится Юрий. Он считает, что тех, кто задерживал ее сестру, нужно привлечь к ответственности за заведомое оставление человека в опасности – Кристина наверняка говорила о своем заболевании, на руке у нее есть специальный сканер.

PS. Пока мы готовили этот текст, что Кристине смогли передать инсулин. Как пишет Юрий, произошло это благодаря невероятной солидарности врачей.

КОММЕНТАРИЙ СПЕЦИАЛИСТА

«Меня поражает цена действия. Нет ничего сложного в том, чтобы взять инсулин у родственников и передать. А речь о жизни и смерти»

- Инсулин – жизненно важное лекарство для человека, больного диабетом, - объясняет Катерина Гончаренко, руководитель минской общественной организации «Поддержка людеи с сахарным диабетом». Если его нет, у человека резко повышается уровень сахара. На начальных стадиях это головная боль, тошнота, головокружение, очень хочется пить. Страдают все сосуды. Если продолжать не принимать инсулин – может произойти гипергликемическая кома или смерть. Без инсулина человек с диабетом жить не может. Если человек оказывается в условиях, в которых он не может получить инсулин – это угроза жизни.

- Родственники говорят, что в ИВС не принимают лекарства, ссылаясь на то, что там все есть.

- Инсулин – это очень индивидуальная штука. Менять его вне медицинских учреждений опасно. Это может вызвать аллергию, любые реакции. Поэтому давать просто инсулин, который есть – это очень опасно. Я не думаю, что у них там залежи всех видов инсулина, и они подбирают, что человеку подходит. Меня просто поражает цена действия – ведь нет ничего сложного в том, чтобы взять инсулин у родственников и передать. Остальные вопросы о задержании и правомерности – в другой плоскости. Здесь речь идет о жизни и смерти человека. К счастью, в «скорую» Кристина не поступала, ее не госпитализировали, значит, состояние не критическое. По крайней мере, она жива и с ней более-менее все в порядке.

Катерина говорит, что у больного диабетом обязательно должен быть не только инсулин, но и средство измерения уровня сахара.

- Я не знаю, есть ли у Кристины с собой контроль глюкозы. Если она не знает, какой уровень сахара и уколет больше, сахар может упасть. Гипокома развивается за десять минут. Важно понимать, есть ли у человека все, чтобы сохранить здоровье – по крайней мере, чтобы он не умер и не ушел в кому. Если при гипергликемии заметно, что человеку плохо, то при гипогликемии все происходит моментально и человек даже не может сказать, что ему плохо. Поэтому хочется, чтобы со стороны родственников или медиков был доступ к таким людям, вариант оказывать им помощь просто для того, чтобы человек не умер в камере.

ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ:

Представитель ГУВД Мингорисполкома о переполненных камерах на Окрестина: «Я там не была, не видела. И вы не были». Передачи для задержанных не принимают «из-за высокой наполняемости камер». Медикаменты тоже не берут, а помощь обещают, когда станет плохо (Читать далее)

«Сын ушел на день рождения. Вторые сутки не знаю, где он»: у изолятора на Окрестина сотни людей, которые ищут родных. Здесь же проходят и суды. Волонтеры записывают фамилии людей, которых близкие не могут найти. В середине дня 11 августа в списке была уже тысяча человек (Читать далее)

НАШИ ИНТЕРВЬЮ

«Иногда родители просят: «Не спасайте нашего ребенка...» Детей в Беларуси выхаживают, если их вес при рождении больше 500 граммов. Насколько полноценной будет их дальнейшая жизнь? Об этом мы говорим с Андреем Витушко - врачом отделения анестезиологии-реанимации РНПЦ «Мать и дитя» (читать далее...)