Общество8 октября 2020 17:54

Легендарный купаловец Геннадий Овсянников: «Надо не кривляться на сцене - надо, чтобы с нее прозвучал этот бунт»

Народный артист СССР и Беларуси рассказал нам о нынешнем состоянии Купаловского театра, массовом увольнении актеров и своем 85-летии
Легендарный купаловец Геннадий Овсянников про массовое увольнение коллег: «Надо не кривляться на сцене - надо, чтобы с нее прозвучал этот бунт».

Легендарный купаловец Геннадий Овсянников про массовое увольнение коллег: «Надо не кривляться на сцене - надо, чтобы с нее прозвучал этот бунт».

Фото: Святослав ЗОРКИЙ

В интервью «Комсомолке» народный артист СССР и Беларуси рассказал о нынешнем состоянии Купаловского театра, массовом увольнении актеров и собственном 85-летии.

- Геннадий Степанович, мы шли по коридорам театра, и возникло ощущение, о котором говорят многие - осиротевший Купаловский. После массового увольнения актеров стало не до 100-летия труппы и открытия сезона…

- Театр в простое до конца октября, он сейчас не живет, и это очень печально. Все случилось спонтанно и оказалось плохо срежиссировано. Говорят, все пошло снизу, но началось, на мой взгляд, когда некоторые актеры пошли с директором на митинг. А прозвучало: пошел весь театр.

Потом они уволились: мол, не можем выходить на сцену. Но если у тебя позиция, то это - заповедь: по ней надо жить, а не высказывать ее. А они сразу: «Мы, купалаўцы, супраць!». В итоге, на собрании труппы, куда пригласили министра, случился бунт - жестокий и бессмысленный.

Диалога не получилось. Министру не дали слова сказать: «Предлагаем вам уйти в отставку!», «Ганьба!», «Уходи!». Я и тогда на собрании, и сейчас говорю: это бессмысленно.

- Театр в простое до конца октября, он сейчас не живет, и это очень печально...

Фото: Святослав ЗОРКИЙ

- Что именно?

- Подавать заявления. Уходить. От имени купаловцев. Сделали бы собрание, высказались бы, кто - за, кто - против. Есть же и те, кто остался: актеры, осветители… Считаю, что у уволенных взыграли эмоции. Что произошло такого, чтобы подавать заявления об уходе?

- Актеры говорили, что не могут выходить на сцену на фоне событий в стране: «кривляться, развлекать людей»…

- Так на сцене надо не кривляться - надо, чтобы с нее прозвучал ваш бунт. Еще Станиславский сказал: «Я - в предлагаемых обстоятельствах». Что ты за артист, если не можешь перевоплотиться в кого-то после того, как ты увидел, что кого-то забрали в автозак?..

- Считаю, что у уволенных взыграли эмоции. Что произошло такого, чтобы подавать заявления об уходе?

Фото: Святослав ЗОРКИЙ

В студенческие годы я пришел а Купаловский делать этюд. Санников тогда был режиссером, говорит мне: «Ну идите, приготовьтесь за ширмочку». Я пошел и стою там, не выхожу. Минута, вторая проходят. Санников не выдержал: «Овсянников, что вы там делаете?» Я говорю: «Волнуюсь». А он мне в ответ рассерженно, показывая на сцену: «Вот где надо волноваться! На сцене, а не за кулисами!»

Так же и с уволившимися: они бунтуют там, там это легко. А ты попробуй бунтовать здесь. А то играют там трагедию, а на выходе - пшик…

- Что ты за артист, если не можешь перевоплотиться в кого-то после того, как ты увидел, что кого-то забрали в автозак?..

Фото: Святослав ЗОРКИЙ

А дальше пошла стадность, толпизм. Когда приехал министр, у актеров спросили: «Покажите ваши заявления». Показали. Пинигин стоял рядом с министром, руки за спину, там и бумажка. Ему говорят: «Николай Николаевич, а ваша?» Он лишь махнул рукой: «Есть, есть». И опять спрятал руки за спину. Моя реакция была эмоциональная. На самом деле теперь я так не думаю, а тогда: «Вот дураки!»

- На ваш взгляд, как коллеги должны были поступить?

- Разумно! Я же не написал заявление, и считаю, что поступил разумно.

- Я же не написал заявление, и считаю, что поступил разумно...

Фото: Святослав ЗОРКИЙ

- А что вы думали, когда видели на улицах задержания?

- Я туда не хожу… Но ведь есть же за что задерживать! Я из окна видел (мой дом на проспекте Независимости), как идут с ребенком, мать поднимала его перед собой. Или мамы с колясками. Так что я буду про таких думать? Что вы с флагами ходите? Что вы деток берете? Ясно же, что ребенка милиционер не ударит…

И визжат все - что хорошего? Вместо того чтобы написать на плакатах: «Мы хотим есть, выпить, закусить - пожрать». Но никто ж такой плакат не несет. А только: «Долой!», «Уходи!».

- Что кому не достает? Так давай: сочиняй, если можешь, если можешь – пиши. Рифмуй, если можешь или кирпичи клади.

Фото: Святослав ЗОРКИЙ

- Может, потому, что люди уже хотят не «пожрать», а чего-то большего?

- Так делай! Я приехал в Минск в 1949 году, в 7-м классе учился – на 3 этаже 1-й женской школы располагалась 18-я мужская. Тогда еще немцы строили почтамт. А в 1953-м году я поступал – только открылось Суворовское училище и художественный факультет в Театральном институте, он располагался тогда в Оперном театре. За Комаровкой был лес. А сейчас едешь – столько настроили. А им все мало. Что плохого? Что кому не достает? Так давай: сочиняй, если можешь, если можешь – пиши. Рифмуй, если можешь или кирпичи клади. Что вам – нету жизни? В магазин зайдешь – вроде бы все есть. Да, денег мало – ну и ладно.

Все всегда хотят больше. Мы с «Вяселлем» проехали когда-то всю Францию. Там лучше? Наших все критикуют, а про желтые жилеты не вспоминают. Правда, когда мы ездили, жилетов еще не было…

«Обзывают в интервью оставшихся предателями»

- А вы 100-летие Купаловского праздновали?

- Да. Я сейчас мало пью, но рюмки три дома поднял. Не думал, что придется заканчивать театральную стезю в такой горькоте. Дело даже не в том, что меня надо провожать на заслуженный отдых... У меня в 2017 году инфаркт был, в 2018-м - две полостные операции. Но я до сих пор в театре, у меня четыре спектакля.

Если бы не пандемия и эта разруха - и про Шагала постановку успели бы. Разруха в головах произошла. А дальше - цепная реакция. Я пережил 10 директоров и 11 министров культуры…

- Моя реакция была эмоциональная. На самом деле теперь я так не думаю, а тогда: «Вот дураки!»

Фото: Святослав ЗОРКИЙ

- Лучшее время в Купаловском было при ком?

- Начиная от Эрина и заканчивая последними годами Раевского, мне кажется. Были взрывы, взлеты. Конечно, немало и проходного, но был «Трибунал» Макаёнка, «Рядовые», «Порог» Дударева…

Не подумайте, что я критикую. Нет, я должен любить родной театр, в котором работаю, даже если он не достоин моей любви или я не достоин любви театра. Это еще московский режиссер Лобанов сказал.

- Думаю, уволившимся не надо даже ни перед кем извиняться. Надо подумать и сказать: «Да, палку перегнули». Вернуться и дальше работать.

Фото: Святослав ЗОРКИЙ

- За ваши 63 года в Купаловском было много кризисов?

- Всякое было. Особенно модным было съедать главных режиссеров. Теперь же некоторые умудряются обозвать в интервью оставшихся купаловцев предателями. Это глупость. И мне не обидно. Это все митинговщина, хоть они и будут отрицать.

- Купаловцы ушли вслед за директором Павлом Латушко. Говорят, при нем вопросы решались быстро, зарплаты выросли в разы…

- Ну какое в разы! Просто стали платить по-другому. Так вот: Латушко, по-моему, этот бунт и срежиссировал - причем плохо. Был послом в Европе, потом вдруг его назначили директором в Купаловский. Он сразу, когда пришел, уволил замдиректора, потом - главного администратора, за пару месяцев до пенсии. Но снова получается, что я наговариваю…

- Я очень люблю женщин. Любил. Но женился трижды, последний раз - в 46 лет. А надо было сразу ее находить (улыбается).

Фото: Святослав ЗОРКИЙ

И еще. Почему никто не сказал главного? Что на театре пора сменить шильду. Купаловский стал терять купаловское еще с уходом Глебова, Платонова. Потом был на плаву при Эрине, Раевский еще держал. А дальше получился Дворец спорта: на мой взгляд - одно шоу… Так что шильду надо поменять на «Белорусский театр», чтоб не мусолили, мол, «Мы - купаловцы!».

Когда-то наш театр был «ордена Трудового Красного знамени». Теперь это не пишут. Вот и слово «Купаловский» можно убрать. И все - ставь что хочешь. Спроси меня, и я помог бы почистить репертуар. Вообще, теперь на первый план вышла манера «гавкать» в зал, а общения человеческого нет…

Думаю, надо поскорее взять себя в руки, восстанавливать репертуар. Но они ж уволились, чего уже… Пусть делают новый театр. А я умирать буду…

- Надо поскорее взять себя в руки, восстанавливать репертуар. Но они ж уволились, чего уже… Пусть делают новый театр. А я умирать буду…

Фото: Святослав ЗОРКИЙ

- Да ладно! На ваш взгляд, какая развязка для ситуации могла бы стать идеальной?

- Думаю, уволившимся не надо даже ни перед кем извиняться. Надо подумать и сказать: «Да, палку перегнули». Вернуться и дальше работать. Ну а где наберешь новых актеров?

«Сложно жить, не обижая друг друга»

- У вас недавно был юбилей - 85 лет. Что для вас лучший подарок?

- Иди выпей - и живи нормально. Мне ничего не надо, у меня все есть. Тяжелее тем, у кого маленькие дети. Вот Дима Тумас (артист-купаловец. - Ред.) на трех работах физических трудится. Но что это - чтоб артист строительством занимался…

- Министру не дали слова сказать: «Предлагаем вам уйти в отставку!», «Ганьба!», «Уходи!». Я и тогда на собрании, и сейчас говорю: это бессмысленно.

Фото: Святослав ЗОРКИЙ

- А как жить, если денег не хватает?

-Бутылки сдавать. Это анекдот такой. Встречаются два товарища, один на жизнь и здоровье жалуется, а второй пьет. Через пару лет – то же самое. А в конце жизни первому совсем невмоготу, а второй бутылки сдал, дачу, машину купил и живет в удовольствие.

- А у вас дача-машина есть?

- Нет, я свободный человек. Сейчас обзаводиться этим смешно, там же копать, полоть надо. Я раньше к теще в Коханово ездил, на все готовое. И огурец сорвешь, и яблоко. Или взял машину и сиди сзади шофера, кивай ему.

- Так а шофера где взять?

- Такси закажи. Но я ж не каждый день езжу на дачу.

-На такси?!

- Да. И в санаторий в «Сосны» езжу на такси – 100 рублей и на месте. Зато не трясусь в этом автобусе. Жалко только, что одной зарплатой это не покроешь, зарплаты три надо откладывать...

- Казалось, вы как про театр (как бы ни относился к нему актер, его надо любить), так и про женщин: раз - и на всю жизнь…

- Я очень люблю женщин. Любил. Но женился трижды, последний раз - в 46 лет. А надо было сразу ее находить (улыбается). Вообще, семейные отношения - самые трудные, труднее даже театральных, творческих. В семье главное - тепло. Сложно жить, не обижая друг друга. Но если тебя не устраивает партнер, обрати внимание на себя.

Третью супругу, мы с ней почти 40 лет, сейчас даже жалко немножко. Особенно когда инфаркт случился. Я же к топтанию вокруг себя не привык - дитя войны. Когда сейчас деткам впихивают бутерброды – мне это непонятно. Помню, поляблока только в завязи – уже счастье слопать. Понос у каждого и босиком носимся. И цыпки такие на ногах!.. Валенки подмышку – и как чесанешь в школу босиком по бездорожью. Галош же не было, валенки только в классе на ноги обували, чтоб не намочить.

Мы когда с покойным Гарбуком начинали в театре – он же из Ушач, а я войну всю в Климовичском районе провел. Я ему говорю: «Мы бегали смотреть, когда немцы евреев расстреливали». А он мне в ответ: «А мы и не бегали потом – у нас каждый день расстреливали…»

А сейчас жизнь другая, чем тогда, когда я пришел в театр. Вот закончился спектакль, пять минут - и в театре никого нет. И в кафе мало кто заходит - дорого. А раньше в Доме искусств со всех театров собирались - до ночи сидели!

- Вот и ответ, почему многие недовольны сегодняшней жизнью. Тогда и у актеров, и у учителей другими были статус и зарплаты.

- Но за человека никто это не сделает. Только он сам: и зарабатывать, и личное налаживать, и творческое. Хотя вы правы, тогда 100 грамм стоили 78 копеек, плюс котлета, все такое - в 2 рубля укладывался. Да, это немаловажно…

- Вы сейчас на работу ходите?

- Я рядом живу, во дворах, по дороге в магазин поговорю на вахте, анекдот милиционеру расскажу… У меня сейчас не жизнь, так - существование…

И еще про протесты скажу. Когда министр в Купаловский приезжал, на фасад вывесили бело-красно-белый флаг. Знаете, я когда вижу его… Вот вы помните, как евреев под ним расстреливали? А я помню, сам видел. Ведь этот флаг придуман в 1918 году, когда была белорусская республика объявлена. Потом его убрали, границы перенесли, потом в оккупацию появился опять…

- Вопрос под финал: ваши герои часто такие аккуратные, несмелые. Вы похожи на сыгранных персонажей?

- Да, есть что-то от них... Но почему про белорусов так говорят, как будто другие народы не «памяркоўныя»? И белорусы разные есть. Например, я люблю пошутить, побалагурить. И помечтать… Но о чем? Зельдин прожил 101 год, но это ведь уже не жизнь, существование… Когда-то Стефания Станюта в «Страстях по Авдею» чуть не шагнула в зрительный зал. Или Кормунина когда уже выводили на сцену…

- Это же и есть настоящий дом актера.

- Да, так я вам всю правду про него и рассказываю. Поэтому сейчас так горько от происходящего - всего этого нас лишили.

- Сейчас так горько от происходящего - всего этого нас лишили...

Фото: Святослав ЗОРКИЙ

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

«Купаловский всегда будет Купаловским, неважно - на сцене или без нее». Актеры - о 100-летии театра

Купаловцы вспоминают любимый театр, а руководство комментирует нынешнюю ситуацию с театром [продолжение здесь]