2016-08-24T02:03:48+03:00
КП Беларусь

Как мы помогали россиянам «уничтожать» санкционные фрукты

Корреспонденты «Комсомолки» отправились на российско-белорусскую границу и посмотрели, как соседи борются с запрещенной продукцией [фото]
Поделиться:
Корреспонденты «Комсомолки» отправились на российско-белорусскую границу и посмотрели, как соседи борются с запрещенной продукцией. Фото: Антон ТУМАР.Корреспонденты «Комсомолки» отправились на российско-белорусскую границу и посмотрели, как соседи борются с запрещенной продукцией. Фото: Антон ТУМАР.
Изменить размер текста:

С четверга российские власти решили бороться с санкционными товарами радикально: теперь мясо и молочные продукты сжигают, а овощи и фрукты закапывают прямо у границы. Основной поток таких продуктов идет с территории Беларуси.

На КПП «Красная горка», что на трассе «Минск-Москва», работник в одноразовом медицинском халате проверяет у водителя документы и просит открыть кузов – фура полностью забита ящиками с молоком. Заглянув внутрь и изучив документы, проверяющий отпускает водителя.

- Останавливаем не всех, а выборочно, - делятся с нами хитростями своей работы российские пограничники. – Фуры белорусских предприятий не трогаем. Под подозрение попадают рефрижераторы с европейскими номерами – в них могут везти мясо или молоко.

Под подозрение попадают рефрижераторы с европейскими номерами – в них могут везти мясо или молоко. Фото: Антон ТУМАР.

Под подозрение попадают рефрижераторы с европейскими номерами – в них могут везти мясо или молоко. Фото: Антон ТУМАР.

Удивительно, но в середине буднего дня на российско-белорусской границе практически нет фур. По официальным данным после нововведения количество грузовиков из Беларуси снизилось в несколько раз. Плюс из-за аномальной жары тяжелым фурам запретили ездить днем – чтобы не портить асфальт на трассе. Но несколько грузовиков все-таки стоят на пункте российского фитосанитарного контроля – все с белорусскими номерами. Надписи на бортах «Минский мясокомбинат», «Витебский молокозавод», «Санта Бремор» - явно они везут белорусскую продукцию, и под подозрение не попадают. А что же другие дальнобойщики?

- Как возили овощи, так и будем возить, - гордо отвечает водитель фуры, отдыхающий на стоянке. – Нам-то что? Заберут товар – это проблемы хозяина, а не наши.

Другие его коллеги менее оптимистичны:

- Мы уже год как с продуктами не связываемся – с тех пор как Россия ввела санкции. Количество продуктовых рейсов тогда сильно упало – и многие перешли на бумагу, металл, стройматериалы, обувь и шмотки.

Днем граница российско-белорусская граница почти пустая. Фото: Антон ТУМАР.

Днем граница российско-белорусская граница почти пустая. Фото: Антон ТУМАР.

Конечно, дальнобойщики прекрасно знают, что в нескольких километрах отсюда показательно и демонстративно закапывают в землю десятки тонн свежих европейских овощей и фруктов. Эти кадры сейчас постоянно крутят по российскому телевидению. Но знают ли про это местные жители?

Белорусский агрогородок Ляды находится буквально в десяти метрах от российско-белорусской границы. За мостиком – уже Россия, но границы словно нет - никаких шлагбаумов и проверок – даже поста ДПС нет. До свалки, где закапывают фрукты – каких-то 15 километров.

- Что, правда, там закапывают свежие персики? – продавщица местного магазина не верит, что такое возможно. - У нас тут ничего про это не слышали.

Пересекаем границу и подъезжаем к российскому приграничному поселку Гусино – именно возле него должна находиться та самая свалка с раздавленными фруктами. По дороге замечаем людей, идущих нам на встречу – у каждого по несколько тяжелых пакетов.

- А много еще там? - спрашиваем наугад.

- Хватит и вам и нам, - отвечают женщины.

Люди выносят со свалки персики пакетами... Фото: Антон ТУМАР.

Люди выносят со свалки персики пакетами... Фото: Антон ТУМАР.

... и вывозят тракторами. Фото: Антон ТУМАР.

... и вывозят тракторами. Фото: Антон ТУМАР.

На съезде с дороги в пыли валяется кучка раздавленных фруктов – не то помидоров, не то персиков.

- О, это указатель! – шутит наш водитель. И действительно, за поворотом виднеется въезд на свалку. Перед шлагбаумом стоят легковушки. Мужички и женщины загружают в багажники полные ящики персиков и нектаринов. Вход на свалку совершенно свободный, а сторож из-за обилия желающих уже превратился в парковщика:

- На территорию не заезжайте, оставляйте машину здесь, - командует он. - Как наберете – подъедете и загрузите.

Место, где накануне вечером высыпали три фуры персиков и две фуры помидоров, видно сразу. Это пестрая рябь из полураздавленных оранжевых фруктов, черных разломанных ящиков и копошащихся людей. К помидорам интереса у них нет – после того, как по куче проехал бульдозер, целых уже не осталось. Другое дело – персики и нектарины.

Пестрая рябь из полураздавленных оранжевых фруктов, черных разломанных ящиков и копошащихся людей. Фото: Геннадий МОЖЕЙКО

Пестрая рябь из полураздавленных оранжевых фруктов, черных разломанных ящиков и копошащихся людей.Фото: Геннадий МОЖЕЙКО

Подбираю пустой треснутый ящик и пробую, переступая кучи хлама, подобраться к краешку «персикового варенья». Получается плохо – даже если наступать на сухие обломки паллетов, картонок и целлофановых мешков, чистым остаться не удастся.

- Надо было сразу разуваться, потом кеды не отмоете, - советует женщина, стоя по щиколотку в месиве из раздавленных персиков. – И ковыряйте поглубже – там внизу много нераздавленных.

Палящее солнце, 35-градусная жара, рой мух, мошек и тли, ужасный запах… Десятки людей ковыряются в персиковой жиже, откапывая более-менее приличные плоды.

Местные жители собирают на свалке персики в 35-градусную жару. Фото: Антон ТУМАР.

Местные жители собирают на свалке персики в 35-градусную жару. Фото: Антон ТУМАР.

- Ой, девочки, я туда не полезу, - говорит подругам женщина, одетая в форму продавца магазина. – Ну их, эти персики, проживу без них.

- Да ладно, когда еще такой шанс будет, - говорит из середины кучи мужик в форме охранника.

- Вы что, их продаете потом? – спрашиваю.

- Да нет. Хорошие едим сами, из лопнувших варим варенье, - рассказывает моя соседка по сбору импровизированного урожая. – А мужики даже пытаются брагу сделать.

- Лучше бы просто ящиками оставляли, а не давили – говорит другая женщина. – Или вон в детские дома отправляли!

Среди собирающих "урожай" есть люди, похожие на охранников... Фото: Антон ТУМАР.

Среди собирающих "урожай" есть люди, похожие на охранников... Фото: Антон ТУМАР.

...и на продавщиц из магазина. Фото: Антон ТУМАР.

...и на продавщиц из магазина. Фото: Антон ТУМАР.

Вместе со всеми я пытаюсь отыскивать нелопнувшие персики, фотограф пытается незаметно сделать несколько фотографий. Не получается:

- Что ты нас снимаешь! – начинают верещать женщины. – Потом эти фотографии отправишь в интернет, и все подумают, что мы тут бомжи какие-то!

За 15 минут нам удалось спасти от санкций пол-ящика персиков. Фото: Антон ТУМАР.

За 15 минут нам удалось спасти от санкций пол-ящика персиков. Фото: Антон ТУМАР.

Под осуждающие взгляды «персиковых копателей» нам приходится убираться. В итоге за 15 минут нам удалось спасти от санкций пол-ящика персиков. Мы помыли запретные плоды водой из ближайшего колодца и попробовали - вкусные.

Собранные на свалке персики отмывали водой из колодца. Фото: Антон ТУМАР.

Собранные на свалке персики отмывали водой из колодца. Фото: Антон ТУМАР.

- Жалко, что испанские, - деловито прокомментировала нашу дегустацию проходящая мимо молодая женщина. – А были бы турецкими – на свалке бы не валялись.

Вот такие они, запрещенные европейские персики и нектарины. Фото: Антон ТУМАР.

Вот такие они, запрещенные европейские персики и нектарины. Фото: Антон ТУМАР.

ТОЛЬКО ЦИФРЫ

В течение дня, который корреспонденты «Комсомолки» провели на границе, в России уничтожили 312 тонн санкционных овощей и фруктов и 36 тонн мяса и молока.

Подпишитесь на новости:
 
Читайте также