2016-12-15T10:32:32+03:00
КП Беларусь

Солист Большого театра Беларуси Илья Сильчуков: Родители уехали на ПМЖ в Америку, а я, школьник, остался – ради консерватории

Илья Сильчуков ценителям оперы известен давно – уже десять лет он поет в Большом театре Беларуси [фото + видео]
Поделиться:
Фото: личный архивФото: личный архив
Изменить размер текста:

Но широкая популярность накрыла его два года назад после проекта «Большая опера» на российском канале «Культура». Илья не просто блестяще выступил, но занял третье место в финале, получил много лестных слов - в том числе и от Елены Образцовой, заимел свою армию поклонников. Сегодня Сильчуков востребован не только в родном театре - по его странице в соцсетях можно следить за его регулярными выступлениями в европейских театрах. Мы поговорили о том, легко ли пробиться на международную сцену, как он пережил семейную трагедию, почему в 17 лет отказался ехать в Америку и какие номера заказывают оперному певцу на корпоративах.

- Илья, после участия в телепроекте «Большая опера» многое поменялось?

- Определенно. Стали узнавать. Удивило, что «Культуру» смотрят, к примеру, даже в Швеции. А вот на карьеру проект практически никак не повлиял. Я ожидал, что после проекта посыплются звонки из разных театров, но не тут-то было. И не только у меня, но и у других конкурсантов. Публика полюбила, а концертов от этого больше не стало.

- Но почему?

- Проект, конечно, смотрят продюсеры, импресарио. Но у них срабатывает недоверие к микрофону и телевизионной ретрансляции, к искажению голоса техническими средствами. Слушает какой-нибудь директор театра и не верит: «Это все в микрофон, все монтаж. А вот вживую…» Срабатывает скепсис – хватит ли у певца голоса в натуральной акустике? Как он будет смотреться на сцене?

- Но за последний год вы пели и в Италии, и во Франции…

- Эти контракты пришли независимо от телепроекта. Я участвовал, наверное, в 20 или даже 30 конкурсах вокалистов, что-то выигрывал, где-то с треском проигрывал. Но каждый раз такой конкурс – своеобразная ярмарка, на которой ты себя продаешь. Большинство европейских театров в штате имеют только оркестр и хор, а солистов на каждую постановку приглашают со стороны. Спектакль ставится, живет 8-10 показов – и все. Первый раз на такую работу я попал, еще не имея агента.

- Агенты работают за процент?

- Конечно. У меня заключен контракт с датским агентством, оно у меня уже третье и получает 15%. Это большая сумма. Хорошо, если потом удастся снизить до 12,5%. 10% - минимум, который может быть. Плюс певец сам оплачивает проживание в стране, где идет постановка.

Илья c супругой дали детям необычные имена - Лука и Оливия. Фото: личный архив

Илья c супругой дали детям необычные имена - Лука и Оливия. Фото: личный архив

«Шрамы для оперы Пуччини накладывали по полтора часа»

Весной Илья пугал своих подписчиков в соцсетях фотографиями из Франции со страшными шрамами на все лицо.

- В Монпелье, на берегу Средиземного моря, ставили «Плащ» Пуччини – одну из его маленьких опер, которую у нас не ставят, - объясняет Илья.

- Там какая-то кровавая история?

- Ужасно! Ревность, убийство! Действие происходит на барже у набережной Сены. Мой герой Микеле убивает соперника-тенора крюком для тунца. Спектакль заканчивали по щиколотку в крови. Причем грим для этой роли каждый раз накладывали по полтора часа. Глаза после слезятся, и петь не очень удобно. Но это того стоило. Шрамы мой герой получил, когда нырял под лед за тонущим сыном. Мне пришлось сниматься в бассейне, под водой…

- Такие контракты позволяют себя материально чувствовать более-менее уверенно?

- Я доволен. Только на театральную зарплату сложно прожить. Хотя я получаю надбавки за участие в международных конкурсах, за лауреатство Фонда президента, за высшую категорию мастера сцены. Плюс выступления в разных концертах.

- А корпоративы?

- Никогда не отказываюсь. Многим людям в опере три часа грустно сидеть, а послушать 5 минут оперного репертуара – здорово!

- Но далеко не каждая компания пригласит оперного певца.

- Есть банки, с которыми я сотрудничаю, компании, которые работают в IT-сфере. Они и приглашают.

- И каков коронный номер?

- «Синяя вечность» Магомаева. Плюс исполняю что-то из репертуара Сафина, из «Севильского цирюльника», неаполитанские песни.

Сильчукова-Онегина можно услышать на сцене Большого театра Беларуси. Фото: личный архив

Сильчукова-Онегина можно услышать на сцене Большого театра Беларуси. Фото: личный архив

«Голосу поклоняться нельзя»

- Наверное, голос оперного певца нужно постоянно беречь - не есть мороженое, не кричать на стадионе…

- Голос – твой инструмент. Это такие две тонкие голосовые мышцы, которые легко повредить. Можно перенервничать, недоспать, может случиться даже гормональный сбой, и голос тебе откажет. Тогда ты безработный. Об этом нужно всегда думать. Но найти грань – голосу нельзя слепо поклоняться. Тенора этим славятся, они и в самолетах в картонных коробках на головах летают, чтобы сквознячок их не продул. А баритоны – уравновешенные люди.

- То есть на стадионе можете поболеть?

- Еще как! Но потом я должен молчать. Был пару раз на хоккее, приходилось сдерживать себя: «Мне же завтра петь!».

- Пласидо Доминго поет и в 75. А вам бы хотелось петь до 75?

- Да, очень. Но для этого голова должна быть на плечах. Итальянские педагоги всегда говорят, что петь нужно на проценты, не затрагивая основного капитала. Если отдаешь все, голос быстро сдается.

- Не могу не спросить – ваша прическа не мешает на академическую сцену выходить? Как вы с хвостом, например, Онегина поете?

- Мне не мешает. Но директор театра уже сделал замечание. Что касается Онегина, то длинные волосы распускаются, их завивают, и получается шикарная прическа. А вообще волосы я отращивал по контракту в Монпелье - потом было жалко с ними расставаться.

- Бритые виски тоже по контракту были?

- Их я уже в Минске сделал. И первый день очень плохо себя чувствовал - я очень консервативный человек. Но это часть моей ежедневной борьбы с собой. Нужно бросать себе мелкие вызовы, выходить из зоны комфорта. Меня очень трудно сдвинуть с места, мой «тариф» по жизни – домосед. Понимаю, что это плохо, поэтому усилием воли что-то в себе ломаю.

- Что еще в себе поломали?

- Нужно заниматься продвижением в интернете, младший брат меня учит: «Нужно публиковать о себе новости». А мне кажется это дешевой саморекламой. Но на самом деле людям, которые на меня подписались, действительно интересно, где я пою, на какие гастроли езжу. Поэтому стараюсь и в этом направлении двигаться.

С Татьяной Илья познакомился еще во время учебы в музыкальном училище. Теперь они вместе работают в Большом театре Беларуси. Фото: личный архив

С Татьяной Илья познакомился еще во время учебы в музыкальном училище. Теперь они вместе работают в Большом театре Беларуси. Фото: личный архив

«Наша семья в советские времена была политически неблагонадежной»

- Знаю, что ваши родители живут в США…

- Да, родители и два младших брата. Кроме этого, у меня 17 двоюродных братьев, 14 их них тоже в Америке. Здесь только бабушка и тетя.

- Как так получилось?

- У бабушки четыре дочери, три из них с детьми уехали в конце 90-х на ПМЖ. Это была очередная волна экономической нестабильности, все было тревожно.

- А вы остались?

- У меня тоже все было готово к отъезду. Но я заканчивал 12-й класс лицея при консерватории, и мы решили, что мне нужно получить образование. Мама плакала, но оставила меня с бабушкой и тетей.

- В 17 лет?

- Да, я сам поступал в консерваторию. Мне повезло с педагогами… Я ни о чем не жалею. Это тот случай, когда наше образование того стоило.

- Может, если бы уехали, уже в «Метрополитен» пели?

- Может, но история не терпит сослагательного наклонения.

- А как ваши родные там устроились?

- Им было уже за 40, мама первое слово по-английски выучила уже там. Она поступила в колледж, сдала общеамериканское тестирование – такой тест за всю историю колледжа сдали два или три человека, получила диплом архитектора, работала архитектором в дизайнерской студии в Сиэтле. Я очень ею горжусь. Папа был здесь краснодеревщиком, а в 36 лет, когда появилась возможность получить образование, уже имея трех сыновей, поступил в Минское музучилище и несколько лет был солистом хора Белорусского радио. Когда я стал учиться там же лет через восемь, меня все называли Пашей – так зовут папу...

- Что значит «у отца появилась возможность получить образование»?

- Наша семья, можно сказать, диссидентская. Дедушка – пастор протестантской церкви, родители с молодости были в этой церкви. Дедушка дважды сидел в тюрьме за свои убеждения по статье «антисоветская пропаганда и клевета на советскую действительность», ведь вера в Бога в СССР была вне закона. Я помню, как зимними вечерами на электричке ездили за город на репетиции церковного хора, как богослужения разгоняла милиция, давали штрафы. Маму выгнали с третьего курса института. Слава богу, это все в прошлом и сейчас у нас в стране свобода вероисповедания. Но я вырос в атмосфере, когда нужно иметь нравственные ориентиры в жизни и быть готовым за них отвечать.

Для постановки во французском Монпелье оперы Пуччини грим певцу накладывали по полтора часа. Фото: личный архив

Для постановки во французском Монпелье оперы Пуччини грим певцу накладывали по полтора часа. Фото: личный архив

Папа сейчас в Америке поет в огромном церковном хоре. А работает инженером в госпитале, где, кстати, рожала жена Била Гейтса, – отвечает за кондиционирование, подачу кислорода.

- Они не жалеют, что уехали?

- Первое время их очень тянуло домой. Но пару раз приехали и поняли, что поступили правильно. В Америке люди очень медленно стареют, им некогда, все работают шесть дней в неделю. Папа называет США трудовым лагерем с усиленным питанием.

Летом мы ездили к ним, женили моих младших братьев. Это было прекрасное лето. Из-за дорогих билетов не так часто удается летать к родным.

- А потом в вашей семье случилась беда…

- Мы вернулись, и через полтора месяца убили моего двоюродного брата Дениса. До сих пор убийцу не нашли. Брат ехал в госпиталь к жене и новорожденному сыну в Сиэтле. И по дороге нарвался на какого-то негодяя, случилась перепалка, тот ездил за братом больше двух часов и застрелил. Денису было 33 года, он попадал в разные передряги, были проблемы с законом… Но в 30 лет взялся за ум, женился, стал работать, ходить в церковь с семьей, произошла переоценка всех жизненных ценностей. Почему это с ним случилось, нам не понять. Значит, так надо… Но сердце разрывается от боли.

К родителям в США Сильчуковы выбираются не часто. Но свадьба младшего брата Мартина - прекрасный повод увидеть всех многочисленных родных сразу. Фото: личный архив

К родителям в США Сильчуковы выбираются не часто. Но свадьба младшего брата Мартина - прекрасный повод увидеть всех многочисленных родных сразу. Фото: личный архив

«Растим с женой Лучок и Оливку»

- У вас двое детей, каким принципам их воспитания вы следуете?

- Мне родители во времена воинствующего атеизма все равно объяснили, что есть Бог, есть ответственность перед ним. Скажешь «нет» Богу, будешь жить, как хочешь, попадешь в ад. Скажешь ему «да», будет все хорошо. И я видел, как это работает в жизни родителей, видел дедушку, которому его принципы и убеждения были дороже пяти сыновей, оставшихся без отца, когда его посадили. Он сейчас живет в Слуцке. Когда у тебя в семье есть такие кремни, с ориентирами проблем нет. И у страны должен быть пантеон героев, мучеников, на которых можно равняться.

Сейчас никто у нас христиан к стенке не ставит и головы не отрубает. Но есть ответственность, честность, этика в работе, которые одинаковы для всех конфессий. Всегда видно, когда человек боится Бога, а когда нет. Принципы простые. Это пытаюсь и детям объяснить, показать на своем примере.

- У ваших детей необычные имена - Лука и Оливия…

- Лука – это имя евангелиста. Мы с Татьяной (с будущей женой Илья учился вместе в музыкальном училище, сейчас Татьяна работает в Большом театре Беларуси. – Ред.) хотели дать сыну имя, несущее смысл. А еще Луций – несущий свет. И еще Лучано Паваротти... Оливия – несущая мир, дочке три годика. Так что у нас растут Лучок и Оливка. Осталось вырастить Чесночок и Сельдерейчик.

- Лука будет петь, как папа?

- Не знаю, как все сложится, - пока он учится в третьем классе гимназии-колледжа при академии музыки. И уже поет в хоре мальчиков…

ДОСЬЕ «КП»

Илье Сильчукову 34 года. Окончил гимназию-колледж при Академии музыки как дирижер-хоровик, вокальное отделение Минского музучилища, Академию музыки.

Стажировался в Зальцбурге. Лауреат 16 международных конкурсов, трех Гранд-премий Специального фонда президента РБ по поддержке талантливой молодежи. Лауреат проекта «Большая опера» 2014 года. С 2005 года – солист Большого театра Беларуси.

Рахманинов "ХРИСТОС ВОСКРЕС". (Исп. баритон Илья Сильчуков).Этот знаменитый романс Рахманинова на стихи Мережковского - один из самых драматичных монологов великого русского композитора, - обличение мира, залитого кр...

Подпишитесь на новости:
 
Читайте также