2018-04-09T16:11:15+03:00

Дневник трижды мамы: «"Поцелуй меня" - прошу. А она мне чуть нос не сломала»

Продолжаем публиковать записки Анастасии Аксяновой. Часть тридцать девятая, о том, как Маргарита чуть не стала Айлой, а Иван побыл немного Егоркой
Поделиться:
Комментарии: comments175
Королевна! Вместо короны - корзина.Королевна! Вместо короны - корзина.Фото: Анастасия АКСЯНОВА
Изменить размер текста:

См. предыдущие части.

***

Гуляли. Маргарита на карусели радостно орала "Титикака! Титикака!" Я сидела рядом и смотрела на других родителей особенным взглядом: "Да-да, моя двухлетка знает, как называется озеро в Андах - на границе Перу и Боливии".

Ванадий упал и ободрал лицо ровно в районе ложбинки между носом и верхней губой. Засохшая ссадина, отросшая чёлка набекрень и вздорный характер. Мне всё время хочется подобострастно восклицать: "Яволь, майн Фюрер!"

Фёдор отличился только тем, что трижды садился на попу посередине дороги, совершенно непонятно, почему. Для протестующего у него был слишком отсутствующий вид. Возможно, он символизировал тщету всего сущего и призывал к медитации. Значит, это был, скорее, перфоманс.

Все побежали - и я побежал!.

***

Пришла Рита, уселась на меня сверху. "Поцелуй меня" - прошу. А она мне чуть нос не сломала и за бровь укусила.

***

ПРО ГЛЕБА, ЕГОРА И АЙЛУ

Фёдору мы имя вообще не выбирали. В коммуналке, которой временно стало моё многострадальное пузо, Теодорка изначально заселился поближе к печени. И как заселился, так и чалился в этой камере до конца моей беременности, согласно купленным билетам.

Теодорка и новый дождевик. Фото: Анастасия АКСЯНОВА

Теодорка и новый дождевик.Фото: Анастасия АКСЯНОВА

Это один ребёночек в пузе может себя вести, как пьяный пассажир в пустом вагоне метро: тут посидел, там повалялся, в углу пошёл пописал, а в противоположном - уснул. А при многоплодии - нет, не разгуляешься. Так вот, стало быть, возле печени угнездился малыш. Однажды зимой гуляли мы с Харизмычем по парку. И внезапно мне прилетают два мощных удара в тот орган, который до сих пор отлично справляется с метаболизмом генно-модифицированных продуктов, тьфу-тьфу-тьфу, дай ему бог здоровья. Я согнулась пополам и простояла в такой позе минуты две. Харизмыч мужик не заполошный, буднично спросил: "Чего это ты, дорогая моя жена, превратившаяся в тыкву, стонешь?" Я хрипло посетовала, что один из мальчиков бьёт меня по печени. Харизмыч хмыкнул "Емельяненко!" Так мальчик стал Фёдором. Всё. Правда, когда он приехал домой, стало понятно, что он скорее Шаляпин, нежели кто-то ещё – очень уж часто, громко и протяжно кричал этот малыш.

Иван очень хотел быть Егором. Точнее, это я хотела, чтобы близнецов звали Глеб и Егор. Я даже мотивировала: "Понимаешь, они же одно целое! Я их буду называть "Глеб Егорыч"! Очень удобно и смешно". Но Харизмыч бунтовал: "Это какие-то очень жёсткие, грубые имена!" Я недоумевала, но в целом понимала, что ничего другого не приходится ждать от человека, который миллиард раз посмотрел "31 июня" и "Ноттинг Хилл". Поэтому радовалась, что не поступает предложений вроде "Альберт и Евстафий". Впрочем, от Харизмыча вообще никаких предложений не поступало. Потом "Егорка" родился и даже сутки им побыл. Но потом папаша мне в телефон накричал "Нет, нет! Его дочка будет ЕГОРОВНА, понимаешь! Очень жёстко звучит!" Я не понимала. С тех пор, кстати, ничего не изменилось, но ладно. И вот сижу я возле кувеза, где лежит полуторакилограммовый безымянный мальчик тут он губки вытянул, ручки пирожком сложил и под ушко себе положил. У меня слёзы от умиления брызнули и я протянула жалобно: "Ва-а-а-анеч-ка-а-а". Так и записали.

А вот с Маргаритой всё было очень сложно. Бабушка надеялась, что назовут в её честь. Дедушка хотел, чтоб имя было непременно татарским. Папа хотел Лизу. Я же хотела быть оригинальной – как будто тройни мне было мало для этого. Редкое единодушие в вопросе, редчайшее. В общем, я долго выбирала и придумала имя "Айла". С арабского "лунный свет». Тут одна из бабушка и говорит: "Айла Ивановна? Странно, странно..." Я кричала, что отчество - это пережиток, что дети наши будут космополитами в мире глобализации и так далее. Что "Айла" - это почти как "Алла". Почему она не может сочетаться с "Ивановна"?! Но сомнения меня уже начали жевать. Харизмыч, в целом, был согласен с моим выбором. Но он и на предыдущие пять согласился (я помню только Лолу, Аглаю и Аврору). Вторая бабушка не сказала ничего, кроме "Хм. Не слышала. Хм. Хм" - я даже думала, что она поперхнулась. В этом месте сомнения меня догрызли, и я вспылила. Пошла и записала "Айлу" Маргаритой. Удачно, я считаю.

Сравнительный анализ ушей показал, что у Риты - мои! Фото: Анастасия АКСЯНОВА

Сравнительный анализ ушей показал, что у Риты - мои!Фото: Анастасия АКСЯНОВА

***

Рита сегодня молодец. Нет, так-то она всегда. Но сегодня особенная молодец-молодец! Утром проснулась в шесть. На 50 минут раньше будильника. Положила мне на лицо мои же носки. Помогло не очень, так как я часто мою ноги. Другое дело носки соседа нашего! Те да - мёртвого подымут. А мои нет, я их одним плевком на пол скинула. Но сна - как не бывало.

Спортивный уголок пришёлся очень кстати.

Качественных истерик Рита закатила штук тридцать, не меньше. Одну - при попытке затащить девочку домой после садика и сорока минут истерических гуляний. Мне кажется весь район думал, что к нам наконец-то приехали кошек душить, которые песочницы наполняют отнюдь не песком - так визжала Марго. На разные голоса. Пришлось повести ребёнка в магазин.

Впервые оказавшись в супермаркете, Рита сразу сделала попытку купить плюшевую голову Дарта Вейдера - аха-ха-ха, ну, да! Кого ж ещё? На кассе Ритузина про голову забыла, так как узрела прилавок с самыми уродливыми игрушками в мире. Но в киоске не принимали карту, что я и пыталась донести до Ритуна безо всякого успеха.

Дома она мне отомстила, украв крем под подгузник и намазав абсолютно весь перед себя. И немножко зад, включая затылок. Пришлось этого бешеного гнома перемывать. Сейчас все спят, а я жду Харизмыча, чтобы ему плакать в район несуществующей жилетки.

***

Детский сад творит чудеса. Дети пришли домой с прогулки, скинули покровы, употребили хлебцы с творожком и... Уселись на горшки! Сначала Иван. Двое других всполошились разом: «А я?! А мы?!» И тоже уселись, скинув последнее прикрытие для срама - подгузники. Увы, только изначально выразивший намерение Ванадий был результативен. Теодор и Маргарин суетились, скакали и я в итоге так и не поняла, кто надул лужу возле стула, на котором я сидела, а кто вообще воздержался. Уфф. Так победим!

А ещё, когда уходили из садика, на прощание детки кричали: "До свидания, Рита! До свидания, Федя! Ваня, пока-пока!" И они махали друг другу. Что за отрада для моей души, а?

Продолжение следует.

См. предыдущие части.

Подпишитесь на новости:

Понравился материал?

Подпишитесь на тематическую рассылку, и не пропускайте материалы, которые пишет Анастасия АКСЯНОВА

 
Читайте также