2019-01-10T17:13:03+03:00
КП Беларусь

Светлана Алексиевич: «А что такого с «50 оттенков серого»? Я прочитала и не испугалась!»

Знаменитая писательница пришла на встречу к айтишникам и ответила на вопросы и о литературе, и о стране, и о личном
Поделиться:
Фото: ШАПРАН СергейФото: ШАПРАН Сергей
Изменить размер текста:

В Минске прошла редкая, но оттого еще более ценная встреча с публикой Светланы Алексиевич, единственной белорусской обладательницы Нобелевской премии по литературе. Встречу организовала компания Andersen, которая занимается разработкой программного обеспечения, вел ее сам владелец и руководитель компании Александр Хомич.

Говорят, сначала айтишники хотели пригласить писательницу пообщаться только с сотрудниками компании. Но открыли регистрацию в интернете и были, кажется, просто сметены количеством желающих попасть на встречу. И пошли дальше: отменили небольшой зал, сняли раза в два больше, зарегистрировали и затем пригласили несколько сотен человек. Бесплатно, заметим. Вопросы задавали и из зала, и в соцсетях. Видео со встречи находится в открытом доступе, мы собрали самые интересные цитаты.

О войне и памяти

«Мне говорили: вы должны возглавить комиссию, поставить памятник в Куропатах. Я рассмеялась! Памятник в Куропатах – это не поставить камень или забить крест. Это дать обществу дискуссию, говорить об этом, открыть архивы – сделать все до конца, а поставить памятник это проще простого. Книгу нельзя написать! Надо открыть архивы, дать людям говорить – и из этого соткать книгу».

«Мы не знаем правды о войне. Мы как будто стоим возле могилы и кричим «Не подходите, не подходите! Здесь лежат герои!» А почему их так много?... Писатель Никулин пишет о войне, невозможно читать без слез. Он пишет – «А что такое война? Я помню только, как мы шли от ямы к яме…» Где правда? Это желание оградить тоталитарную систему от того, чтобы человек распрямился и заговорил, в какой стране я живу».

О свободе и несвободе

«Я освободилась в Афганистане. Когда заходишь в госпитали и видишь людей без рук, без ног… И мне говорят – смотри, это твои русские сделали. И тут же сотни цинковых гробов, и ребята говорят – завтра будешь лежать там, и даже не знаешь, за что. Они тоже освобождались… Свободной я стала там».

«Мне не нравится, что нет свободных людей и нет свободной страны. Мне не нравится это глухое крестьянство, из которого мы с таким трудом выползаем. Сидеть тихонько на диване, и не вылазить никуда… Я летела в самолёте с каким-то большим белорусским учёным, мы прекрасно общались. И вот он вышел в туалет, и какой-то идиот сказал ему, что он сидит с Алексиевич. Он приходит – и пересел! Вот это мне не нравится».

О книгах и свободе высказывания

«Оттенки серого» (книга «50 оттенков серого», любовный роман с элементами садо-мазо. – авт.) - да Господь с вами, прочтите это и отложите! Я же пишу книгу о любви, я это прочла. И я как-то не испугалась» (смеется).

«Я пишу книгу о любви. Но у меня дома вы бы увидела Хокинга (Стивен Хокинг – известный ученый, физик) , книгу об Эйнштейне, Харрари (профессор Юваль Ной Харари, автором международных бестселлеров "Sapiens: Краткая история человечества" и "Homo Deus: краткая история завтрашнего дня". – Авт.) – много футурологов, много того, что называется догадками о новом мире. Сегодня никем нельзя стать, если вы не включитесь в мировой процесс. А это не сложно, сегодня компьютер есть у всех. Нужно желание изо дня в день учиться, расширять свой зрачок»

«Прием (разговорить собеседника. – Авт.) один - быть самому интересным человеком, передумавшим и перечувствовавшим, страдающим. Иначе о чем с тобой говорить?»

«Ограничить слово? Я противник. Я считаю, в газетах должны быть дискуссии. Мы все должны строить свое государства. Не кто-то умный, а общество. Все должно быть в газетах. Никаких ограничений. Пусть даже человек говорит глупость, пусть это нам не нравится – мы не знаем, как это будет выглядеть завтра. Я противник ограничений слова».

«Мы приходили домой и говорили – Ельцин того не делает. Горбачев этого… А сами мы уже ничего не делали. У нас не было опыта борьбы. Не такой, чтобы стрелять кого-то, а борьбы дискуссионной. Чтобы мы говорили друг с другом, чтобы телевидение, радио говорили, чтобы мы вырабатывали эти мысли. Надо отдать должное Польше, у них это было. Или вот во Франции я жила, там был очередной кризис, и там был канал, где постоянно были «говорящие головы» - профессора, министры, простые люди - все обсуждали этот момент. В Германии то же самое я видела. С народом говорили. А Чубайс с Гайдаром что-то делали. Но никто об этом не знал. (…) Сейчас есть мнение, что придет какой-то идеальный человек и все поменяется. А кто поменяет миллионы людей на местах, которые соответствуют человеку, который наверху? Они же подобраны за это время. Это работа нации огромная. (…) Не станет страна мгновенно другой. Это большой труд этой страны. (…) Нет этого опыта – делать себя».

О русской душе и культуре

«Есть хорошая статья у Горького о русской душе… Если бы ее больше людей читало, этот миф о русской душе закончился бы. Это такая же человеческая душа, как у всех. И даже в ней много жестокости в силу истории, которую прожил русский народ, и которая не кончается… Потому что убивать это не такое просто дело, это надо генетическое накопление агрессии, ненависти».

«Я люблю русского человека, я человек русской культуры – я сложилась на Толстом, Достоевском, Чехове… Я бы «Чернобыльскую молитву» не могла написать если бы не прочла Циолковского, Федорова… В 19 веке русская культуры дала широту для всего мира. (…) Но почему наши страдания не сделали нас свободными?»

О том, почему вновь вспоминается Сталин

«Это говорит о том, что нет свободного человека, которому не нужен пастырь примитивного уровня. Всем нам нужен пастырь, но духовный, который бы размышлял о вещах, о которых мы размышляем: что это за время, почему от социализма вновь к капитализму, почему власть взяли люди, которые… не Вацлавы Гавелы, скажем так. Почему время выбросило наверх их? Тех, кто любит Сталина? Это люди не свободные. Они вернули нас назад, их оказалось больше»

О личном

«У меня умерла сестра, осталась от нее девочка. Она стала моей дочерью. Сейчас есть внучка. И это для меня много значит. Вообще, очень важно кого-то любить. У меня есть подруга, которая всю жизнь со мной, и это тоже для меня очень важно. Всегда есть люди, которых мы любим. И я думаю, нам очень надо кого-то любить...»

«Мне здесь хорошо, я ведь могла остаться на Западе жить. Но я хотела здесь жить, среди своих пейзажей, своих людей».

«Надо прожить жизнь осознанно, а не просто, чтобы несло биологическим потоком. Все же будем надеяться, что будущее зависит от нас».

О будущем

«У нас есть прошлое, но мы совершенно беспомощны в настоящем».

«Какая у нас должна быть национальная идея? Стать белорусами, вот наша национальная идея»

«Я думаю, строить атомные энергии – это почти преступление сегодня. Тут дай Бог старые закрыть и что-то делать!»

«Единственный вопрос, которые мне интересен всегда, - почему наша жизнь так мало человеческая? Почему несправедливы, жестоки друг с другом?.. Все молятся, ходят, но этот бог любви ведь не живет в нашей душе. Почему человек не спасается любовью? Ведь больше нечем спастись, я думаю, только любовью»

БЛИЦ-ВОПРОСЫ ИЗ ИНТЕРНЕТА

- Где находится ваша родина?

- Ну конечно Беларусь

- Чего не хватает нам, белорусам?

- Темперамента, - засмеялась Алексиевич, и с ней зал.

- Где бы вы сейчас учились в Беларуси?

- В Беларуси я бы не училась.

- Какой ваш любимый литературный герой?

- Наверное, князь Болконский, перед смертью, когда он присутствует не на земле, а в космосе. Этой точки зрения не хватает нашей литературе. Мне такие вещи нравятся.

- Топ-3 мест в Минске?

- Я живу… Ой, извините, я живу в «доме Чижа», - тут ответ снова прервался из-за смеха в зале. – И я жила в доме том, что дальше (который называли «Панорама», он тоже вдоль Свислочи и выходит на Троицкое предместье. – Авт). Я очень люблю это место, этот вид, и я не смогла с ним расстаться. Хотя одна моя подруга, когда приходит ко мне, говорит «ужасный дом, ужасный дом».

- Кем бы вы хотели, чтобы вас запомнили?

- Я сказала родным, чтобы никаких могил. Мне не нравится возня с телом. Исчезнуть! Просила, чтобы развеяли прах. Исчезнуть. Остаться в мире.

Подпишитесь на новости:
 
Читайте также