2019-05-27T15:21:26+03:00
КП Беларусь

Трагедия на Немиге: «Трупы в ряд складывали на лужайке возле метро. Первой лежала женщина, за ней подростки лет 14…»

30 мая 1999 года, в день Святой Троицы, возле станции метро «Немига» погибли 53 человека
Поделиться:
Сегодня о трагедии вспоминают ее очевидцы и врачи, которые в тот страшный день оказались на «Немиге».Сегодня о трагедии вспоминают ее очевидцы и врачи, которые в тот страшный день оказались на «Немиге».Фото: Святослав ЗОРКИЙ
Изменить размер текста:

30 мая 1999 года в переходе минской станции метро «Немига» толпа, спасаясь от грозы, раздавила 53 человека. Больше 160 человек были ранены. Большинству погибших было по 14-20 лет. Они умирали под свист и веселое улюлюканье разгоряченных пивом людей, топтавших себе подобных. Отголосок того веселья – траурные марши над гробами, в которых лежали молоденькие девочки в свадебных платьях.

А те, кто родился в рубашке, долго еще залечивали раны. Они болят и сегодня. И на самом деле неизвестно, сколько времени должно пройти, чтобы ушла та нечеловеческая боль.

О трагедии вспоминают ее очевидцы и врачи, которые в тот страшный день оказались на «Немиге» (интервью записывались в 2009 году)

Трагедия на Немиге унесла жизни 53 человек.

Трагедия на Немиге унесла жизни 53 человек.

ВОСПОМИНАНИЯ ВРАЧЕЙ: «ТАМ БЫЛ АД»

30 мая 1999 года на городской станции скорой помощи практически не было вызовов, нагрузка на бригады была небольшая. Суточное дежурство было у главврача станции Виталия Титишина. Как только началась гроза, он первый получил просьбу дежурного милиционера прислать бригады. Рядом с главврачом в этот момент находился врач-реаниматолог Эдуард Козырев. Именно его бригаду первой отправили на «Немигу». Он был и первым медиком, который увидел лестницу, заполненную человеческими телами.

«Просили прислать хотя бы две машины»

- Сразу после начала грозы поступил первый звонок от дежурного работника милиции о том, что на «Немиге» что-то случилось: то ли кого-то придавило, то ли провалился кто-то. Мы подумали, что проломились ливневые решетки. На наш вопрос: «Сколько бригад послать?» - работник милиции ответил: «Пошлите хотя бы две машины», - вспоминает Виталий Тишин. - Говорю Козыреву: «Будете старшим, срочно выезжайте, берите пять машин, докладывайте». Сам стал обзванивать милицию и МЧС, чтоб уточнить, сколько пострадавших и что случилось. Никто не мог сказать, не знали еще масштаба катастрофы. Вдруг через три минуты позвонил врач, который, возвращаясь с вызова на подстанцию, проезжал мимо «Немиги». По рации передал: «Машину остановили люди. Из перехода выносят много пострадавших. Оказываю помощь». И сразу отключился. Я понял, что что-то серьезное, и направил еще десять бригад. А через пару минут и Козырев вышел на связь. Доложил, что была страшная давка и есть не только пострадавшие, но и много погибших… Я дал команду диспетчерской направить на Немигу все свободные бригады, которые были в городе в этот момент. Их оказалось 56. Через 35 минут доложил врач одной из бригад: «Я стою третий в очереди за пострадавшими, но пострадавших уже нет».

По оперативности сработали хорошо. Тяжело было дальше: травмы, не совместимые с жизнью, больные, которых нельзя было спасти… Но мы всех доставили в клиники. Врачи потом вспоминали: по дороге реанимировали пострадавших в состоянии клинической смерти, в больнице продолжали реанимировать. Но не всех удавалось спасти - несколько человек погибло в больнице.

Первое время после трагедии переход на «Немиге» был мемориалом, который создали родственники и друзья погибших.

Первое время после трагедии переход на «Немиге» был мемориалом, который создали родственники и друзья погибших.

«Такого количества пострадавших мы никогда не видели»

- Когда мы подъезжали к «Немиге» и оставались буквально метры, я увидел, что на траве лежит много тел. Я моментально понял, что многие из них уже мертвы, - рассказал Эдуард Козырев. - Реанимационная бригада тут же стала проводить осмотр лежащих. Их становилось все больше и больше, их выносили из подземного перехода... Я подбежал к переходу и увидел, что большое количество людей лежит на лестнице...

Начали подъезжать бригады «Скорой», мы проводили осмотры, сортировку. Хотя это было очень сложно в тех условиях. Там был ад. Такого количества пострадавших мы никогда не видели…

Когда слышу о «Немиге», эта картина и встает первой перед глазами: они лежали на траве, были совсем молодыми, люди, которым абсолютно невозможно было помочь. В основном это были люди, которым еще жить да жить…

В ближайшую 2-ю больницу многие добирались самостоятельно - на попутном транспорте, пешком, кого на руках несли. Некоторые в шоковом состоянии ушли домой, травмы заметили только там. Потом всю ночь мы ездили по вызовам, выезжали и к родным тех, кто не возвращался с концерта. Им становилось плохо… У всех было шоковое состояние. У пострадавших и их знакомых, и у врачей. Морально мы к такому готовы не были.

Минск, 30 мая, 1999 года.

Минск, 30 мая, 1999 года.

Всю ночь «Скорая» составляла списки пострадавших и погибших, принимала звонки встревоженных минчан, которые ждали дома родных после концерта.

- Один час мы не принимали никакие другие вызовы по неотложной помощи: высокая температура, боли в руках, ногах, радикулит. Только те, которые угрожали жизни больным, - вспоминает Виталий Титишин. - Объясняли людям, что в городе чрезвычайная ситуация, все бригады работают на ее ликвидации. Никто не пожаловался…

ВОСПОМИНАНИЯ ОЧЕВИДЦА

«Все происходило как в бреду»

- Мне только исполнилось 30 лет, и я купил свой первый автомобиль. С утра с женой мы поехали искупаться на речку, а потом с супругой и товарищем пошли на концерт группы «Манго-Манго», - вспоминает очевидец минчанин Алексей. - Была очень жаркая погода, как обычно перед грозой. Молодежь даже поснимала майки и завязала их на пояс. Стояли, слушали песни, и вдруг начал накрапывать дождь. Друг с женой решили пойти спрятаться в метро, а я остался послушать последние композиции. И как только музыканты допели последнюю песню, все одним потоком направились к метро. Я тоже оказался в этой толпе. Как сейчас помню: свернуть в сторону было просто невозможно - все были зажаты и толпа несла всех вперед. Когда потом говорили, что кто-то кого-то смог вытолкнуть в сторону и таким образом спасти - это неправда. Вырваться из этого потока при всем желании было нереально. Как только мы подошли к первым ступенькам, то сделать хотя бы один шаг было уже невозможно. Люди стали наклоняться под углом. Получилось, что мы не стояли, а находились в полулежачем состоянии. На моих ногах стояли какие-то люди, я на ком-то лежал.

Цветы на месте трагедии будут лежат всегда. Живые или каменные.

Цветы на месте трагедии будут лежат всегда. Живые или каменные.

- Как вели себя люди в этот момент? Кричали в панике?

- Я не могу сказать, что люди сначала очень сильно истерили. Но когда все поняли, что началась давка, из глубины перехода стали кричать: «Назад! Назад!» Так толпа меня пронесла ступенек десять. Я помню, как надо мной склонялись чьи-то лица: бородатые, молодые... А потом я с ужасом заметил, что некоторые из них стали фиолетовыми. Было так жарко, горячо, что я сам не выдержал и потерял сознание. Очнулся от того, что мужчина, который лежал на мне, поднял меня под руку. Я в свою очередь поднял человека, на котором лежал сам. Чувствовалось, что давление ослабло, и люди потихоньку стали выходить. Все происходило, как в бреду. Я настолько потерялся во времени, что даже не знаю, сколько это все длилось.

- А что было с вашей женой?

- Этот вопрос меня мучил больше всего: ведь она на тот момент была беременна. Когда все стали расходиться, то прямо возле последней ступеньки на металлической решетке лежала метровая гора людей. Это было так ужасно! Я решил, что она там и спустился вниз. Стал среди трупов искать свою жену: попытался вытянуть чье-то бездыханное тело, но не получились. Люди были сплетены в клубок. Тут я почувствовал жуткую боль в ногах: ведь по мне хорошенько прошлись. Я, обессиленный, подошел к перилам и облокотился на них.

Алексей, который выжил во время давки, не обходит «Немигу» стороной, но в массовых мероприятиях не участвует

Алексей, который выжил во время давки, не обходит «Немигу» стороной, но в массовых мероприятиях не участвует

За несколько минут до этого подбежали какие-то курсанты. Они были в растерянности и не знали, что делать, стояли с открытыми ртами. Люди были в шоке. Никогда не забуду подростков, которые беспомощно метались с телом товарища, пытались делать ему искусственное дыхание. Смотреть на это было невозможно. Потом подбежал коренастый милиционер, он дал команду курсантам, и они организованно стали выносить тела из перехода. Я был вынужден смотреть на это, думая, что среди них моя беременная супруга. Трупы в ряд складывали на лужайке возле метро. Люди были фиолетовыми, с разодранной одеждой. Как сейчас помню, первой лежала женщина, за ней подростки 14 - 16 лет. Люди были не только задушенными, но и затоптанными: у кого-то в животе была дырка от тоненького женского каблука.

И только когда вынесли последнее бездыханное тело, я увидел, что весь проход в метро был услан вещами: зонтиками, сумочками, обувью, одеждой. У меня полностью онемели ноги. Я вышел из метро и остановился. И вдруг жена с другом кричат мне. Оказывается, во время давки они смогли пройти на другую сторону. Товарищ руками оперся в стенку и заслонил живой стеной жену. Те, кто был по бокам, могли еще кое-как двигаться, а кто был в центре толпы - нет.

Большинству погибших было по 14-20 лет.

Большинству погибших было по 14-20 лет.

- Вы обращались в больницу?

- Меня товарищ на машине отвез в шестую 6-ю больницу. Меня посмотрели и отпустили домой. На ногах у меня остались отпечатки подошвы обуви, каблуков. Нас еще тогда называли «потоптанцы». Я один день отлежался дома, а потом вышел на работу. Коллеги сразу же заметили, что у меня полностью поседели виски.

Вы знаете, тот день вообще был неудачным. Перед концертом мы разогревали суп и забыли выключить плиту. Соседи вызвали пожарных. И только мы вернулись из больницы, пожарные уже заходили в нашу квартиру. Они ничего не знали о том, что произошло на Немиге, и мы им сами все рассказали. Сразу эта история вообще замалчивалась, и лишь на следующий день в новостях сообщили о трагедии.

- Вы долго приходили в себя после всего произошедшего? Может, обращались за помощью к психологам?

- К психологам я не обращался. Несколько дней, когда рассказывал о трагедии, то начинал заикаться. Потом вообще прекратил общаться на эту тему. У меня за несколько дней поседела голова.

- После того дня не стали обходить «Немигу» стороной?

- Нет. Я даже дочку привел к памятнику и рассказал о том, что произошло. А вот на массовые мероприятие вообще перестал ходить.

Подпишитесь на новости:
 
Читайте также