2019-07-27T20:22:11+03:00
КП Беларусь

«Полтора года я была в программе онкопоиска - лимфома проявилась за ночь и на поздней стадии»

Три года назад известная профессор Ольга Дадиомова узнала о диагнозе - рак лимфатической системы 4-й стадии. Что помогло не впасть в уныние и почему продолжает еще больше работать, Ольга Владимировна рассказала «Комсомолке»
Поделиться:
Три года назад известная профессор Ольга Дадиомова узнала о диагнозе - рак лимфатической системы 4-й стадии. Фото: личный архив.Три года назад известная профессор Ольга Дадиомова узнала о диагнозе - рак лимфатической системы 4-й стадии. Фото: личный архив.
Изменить размер текста:

После постановки диагноза первая мысль известного доктора искусствоведения, профессора, лауреата специальной премии президента Беларуси, обладателя медали Франциска Скорины, заведующей кафедрой белорусской музыки Белорусской государственной академии музыки Ольги Владимировны Дадиомовой была о… работе, учениках и неизданных книгах.

На концерте в Несвиже. Фото: личный архив.

На концерте в Несвиже. Фото: личный архив.

Исследователь белорусской музыки Ольга Дадиомова много лет по крупицам собирала в заграничных архивах музыкальные памятники Беларуси. Оперу и пьесы Михаила Клеофаса и Михаила Казимира Огинских, произведения Осипа Козловского, оперы Генриха Радзивилла «Фауст» и «Чужое багацце нікому не служыць» Яна Давида Голланда, которые были поставлены в Большом театре оперы и балета…

Ольга Владимировна рассказывает, как трудно было начинать поиски в начале 80-х, когда согласно советским учебникам белорусское музыкальное искусство существовало только с 1917 года.

Исследователь белорусской музыки Ольга Дадиомова много лет по крупицам собирала в заграничных архивах музыкальные памятники Беларуси. Фото: личный архив.

Исследователь белорусской музыки Ольга Дадиомова много лет по крупицам собирала в заграничных архивах музыкальные памятники Беларуси. Фото: личный архив.

- Я занималась историей отечественной музыкальной культуры и очень быстро поняла: если не найду музыкальные памятники, не создам концепцию развития отечественного музыкального искусства, то вряд ли это когда-либо можно будет наверстать, - 63-летняя Ольга Владимировна дописывает свою семнадцатую (!) книгу и может рассказывать о планах часами - так она почти не замечает боль, которая сковала тело. Увы, когда болезнь, казалось, отступила, внезапно случился рецидив - Ольгу Владимировну парализовало… - Помню, вначале мои поиски казались абсолютно бесперспективными и бессмысленными. Но все получилось, работы всегда было очень много, до недавнего времени у меня был расписан каждый день - вплоть до 80 лет!

Увы, три года назад я узнала, что у меня лимфома.

Профессор тогда сказал: «Не будете лечиться - у вас неделя, будете - на определенном этапе мы вас вылечим». Я ответила, что мне болеть нельзя - книга не дописана, четырех аспирантов надо вывести на защиту.

Я даже дома не сразу сказала, близкие - муж, дочь, внук - увидели только, что я начала еще больше работать. Заклинаю тех, кто столкнется или уже столкнулся с онкологией, не отказываться от лечения, потому что оно очень интенсивно и продуктивно. В Боровлянах потрясающая аппаратура, суперспециалисты мирового класса - они превращают онкологию в хроническое заболевание.

- Ольга Владимировна, на раннем этапе, еще до постановки диагноза, вы не чувствовали, что с вами что-то не так?

- Чувствовала. Была сильная слабость, похудение, бледность, высокое СОЭ, нога побаливала. Было понятно, что это онкология, но обнаружить ее было невозможно. Я сдала все анализы, онкомаркеры, сделала УЗИ, КТ, МРТ, прошла лучших специалистов - почти все было в норме. Это специфический вид онкологии, который не устанавливается на ранней стадии. Полтора года я была в программе онкопоиска, но лимфома проявилась за ночь и на поздней стадии...

- Критический момент наступил в жизни совершенно неожиданно. Еще год назад я не могла предположить, что меня скует паралич. Фото: личный архив.

- Критический момент наступил в жизни совершенно неожиданно. Еще год назад я не могла предположить, что меня скует паралич. Фото: личный архив.

Я прошла 12 сеансов химиотерапии. Как и обещали, на определенном этапе меня вылечили, я радостная ходила на контроль. И через полтора года считала себя здоровой, поэтому и не давала поблажек в работе.

Но организм сказал: не хочешь по-хорошему - будешь лежать.

Критический момент наступил в жизни совершенно неожиданно. Еще год назад я не могла предположить, что меня скует паралич, что будет работать лишь один глаз и одна рука. Бывает инсульт головного мозга, а у меня - спинного.

Врачи сказали, что процесс необратимый, нужно приспосабливаться, прежде всего - психологически. В такой ситуации все слабые. Не может быть сильного человека в обстановке круглосуточной боли...

С другой стороны, если не будет позитивного настроя - включится механизм самоуничтожения. Меня вытягивает стимул вне организма: организм как бы сам по себе - болит, квохчет, истерит, а я - это моя интеллектуальная деятельность. Голова работает - это уже огромный подарок судьбы. Как и рука - я же могу работать на компьютере!

«У нас стыдно ходить лысой и брать больничный со словом «онкология»

- Некоторые, узнав про диагноз «онкология», отгораживаются от жизни, переживают за реакцию окружающих...

- Меня поразило первое чувство, которое у меня возникло (не считая того, что надо продолжать работу), - чувство жуткого стыда. Стыдно ходить лысой, стыдно брать больничный со штампом онкоцентра. Стыдно признаться в болезни, в том, что тебе нужно 3 дня, чтобы отлежаться дома, чтобы никто не видел, как тошнит, поднимается температура, теряется координация и уходит сознание после химиотерапии.

- До недавнего времени у меня был расписан каждый день - вплоть до 80 лет!.. Фото: личный архив.

- До недавнего времени у меня был расписан каждый день - вплоть до 80 лет!.. Фото: личный архив.

- И это женское «стыдно быть некрасивой»…

- И вот в этот момент ты выбираешь боевую раскраску, парики, похожие на настоящие волосы. Откуда берется стыд онкологии - совершенно непонятно.

Стыдно быть слабым и больным - это все от пионерского задора. И это ужас.

У моего ректора была абсолютно адекватная реакция: «Не волнуйтесь, поможем, поддержим». А вот признаться коллегам...

Некоторых я встречала в Боровлянах, и нам было стыдно смотреть друг другу в глаза. Мы не знаем, как много таких людей, они живут с этим грузом один на один. В этом есть что-то биологическое, от зверушек, потому что к больной особи стараются не приближаться.

Но в морально-этическом плане первая реакция человека - помочь и посочувствовать. А вот когда начинается сочувствие - это все… Сама начинаю успокаивать, веселить, рассказываю, что сейчас коллега принесет пуанты, и я узнаю, как делать фуэте - это же моя детская мечта.

«Помогали мои студенты, аспиранты, Академия музыки и незнакомые люди»

- Улыбка, хорошее настроение и чтобы никто не догадался - и так первые полтора года. Эта маска благополучия как бы прирастает к лицу. А когда снимаешь ее ночью - все снова нападает. Поэтому я бы не советовала уходить с работы при первых признаках смертельного заболевания.

- Была сильная слабость, похудение, бледность, высокое СОЭ, нога побаливала. Было понятно, что это онкология, но обнаружить ее было невозможно. Фото: личный архив.

- Была сильная слабость, похудение, бледность, высокое СОЭ, нога побаливала. Было понятно, что это онкология, но обнаружить ее было невозможно. Фото: личный архив.

Если на нем сосредоточиться, то, как говорит молодежь, крыша едет.

Онкологические заболевания очень токсичны для психики - человек перерождается в психологическом плане. Переоценивает свою жизнь в угоду себе: начинает себя беречь, жалеть, рыдать над собой. Это несет разрушительный импульс.

Мой личный опыт говорит, что надо сжать зубы.

Со мной в больнице лежали молодые женщины, которые, сжимая зубы, говорили: «Ребенку 4 года, я не имею права уйти, мне некому его поручить». И их лечение было более успешным, чем у тех, кто предавался истерикам. Мне хочется так думать.

С другой стороны, этот настрой и вынужденная улыбка привели к тому, что мой организм попросил пощады. Возможно, если бы я отдыхала и не переутомлялась, ходила бы до сих пор…

Так что сейчас я вся в творчестве. Остальное - помоют, покормят, перевернут. Правда, это могут только высококвалифицированные медсестры - боль такая, что до меня никто не может дотронуться. Приглашаем помощниц на круглые сутки. Нужен профессиональный уход, как в больнице, так и дома.

Хочу высказать безмерную благодарность людям, которые организовали финансовую акцию, чтобы я могла продолжать жить и писать книгу. Помогали мои студенты, аспиранты, Академия музыки, Национальный академический концертный оркестр, даже совершенно незнакомые люди - собранных 5 тысяч рублей хватает на несколько месяцев ухода.

Что будет потом - не знаю (на сайте molamola.by/campaigns/816 и сегодня можно перечислить средства в помощь Ольге Владимировне. - Ред.). Муж однажды сказал, что «нечего было тратить деньги на рукописи - не понимала, что на старость надо собирать?»

А я была уверена, что старости не будет - у меня ведь столько работы! Знаю, что сейчас день за год, хочу все успеть. Это очень важно, если я не доделаю запланированное, студенты останутся без энциклопедии музыкантов Беларуси XVI - XIX веков…

- Мой личный опыт говорит, что надо сжать зубы. Со мной в больнице лежали молодые женщины, которые, сжимая зубы, говорили: «Ребенку 4 года, я не имею права уйти, мне некому его поручить». И их лечение было более успешным. Фото: личный архив.

- Мой личный опыт говорит, что надо сжать зубы. Со мной в больнице лежали молодые женщины, которые, сжимая зубы, говорили: «Ребенку 4 года, я не имею права уйти, мне некому его поручить». И их лечение было более успешным. Фото: личный архив.

А себе я желаю, чтобы мы с вами встретились через пару лет, и я бы показала вам фуэте!

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Ведущий химиотерапевт: У нас лежат женщины моложе 30-ти - многие сами запустили рак до 4-й стадии

О прогрессе в области лечения онкологических заболеваний, пользе новых дорогих лекарств и причинах возникновения рака «Комсомолке» рассказал известный профессор, руководитель группы химиотерапии РНПЦ онкологии и медицинской радиологии Эдвард Жаврид (продолжение здесь).

Подпишитесь на новости:
 
Читайте также