2019-10-19T23:38:13+03:00
КП Беларусь

Леонид Борткевич: Не хочу, чтобы меня, как моего друга Сашу Серова, везде полоскали: с кем и когда

Музыкант рассказал, за сколько продает семейный особняк, переписанный на сына, разводится ли с молодой женой, чему научил его Мулявин и какая главная беда «Песняров» [фото]
Поделиться:
Коллектив «Песняры» под управлением Леонида Борткевича. Фото: личный архивКоллектив «Песняры» под управлением Леонида Борткевича. Фото: личный архив
Изменить размер текста:

ДОСЬЕ «КП». Леонид Борткевич, 70 лет, заслуженный артист Беларуси. Солист ВИА «Песняры» с 1970 по 1980 год. В 1989 году со второй женой Ольгой Корбут и сыном Ричардом уехал в США. В 1999 году вернулся и вновь был солистом ВИА «Песняры» до смерти его руководителя Владимира Мулявина в 2003 году. Предполагалось, что Борткевич возглавит ансамбль, но руководителем назначили другого, после чего Борткевич вместе с Анатолием Кашепаровым и Олегом Молчаном объединились в ансамбль «Песняры». Автор биографической книги «Песняры» и Ольга». Женат третьим браком, четыре сына, четверо внуков.

Мулявинские «Песняры» гремели на весь мир. После смерти Мулявина коллектив распался, и сегодня по миру колесят сразу несколько составов. Фото: личный архив

Мулявинские «Песняры» гремели на весь мир. После смерти Мулявина коллектив распался, и сегодня по миру колесят сразу несколько составов. Фото: личный архив

Нынешний год у Леонида Борткевича вдвойне юбилейный - отметив личный юбилей, в декабре он будет праздновать юбилей семейный: 15 лет со дня свадьбы с красавицей моделью Татьяной, которая на 36 лет моложе Леонида Леонидовича. Это третий брак артиста, которого еще в молодости нарекли дамским угодником. На весь мир гремел его второй брак со знаменитой гимнасткой Ольгой Корбут. Все три жены родили музыканту по сыну. А еще одного ребенка, тоже сына, на пике славы «Песняров» родила Леониду фанатка Ирина. Но в этом году СМИ писали не о личной жизни, а о том, что Борткевич продает за полмиллиона долларов свой шикарный особняк под Минском

- Леонид Леонидович, правда, продаете дом за полмиллиона долларов?

- Не за полмиллиона, а больше чем за миллион. Сами подумайте: 439 квадратов, 3 этажа, 2 бассейна, парилка в бане - есть все, что надо для хорошего коттеджа. В красивом месте, в Валерианово, сразу за Логойским трактом и Боровой. Точную цену сказать не могу. Как-то из Америки приехала двоюродная сестра, как отрезала: полтора миллиона - и точка. Но я пока размышляю над цифрой. Я ж в него столько сил и денег вложил, все с душой! Главное, чтобы приезжали смотреть дом те, кому действительно надо, а то порой лишь поглазеть, как Борткевич живет. Это ж сразу видно. Пока живем в этом доме, но если кто-то захочет купить, мы быстро перебазируемся, есть куда. Но сейчас, похоже, на рынке недвижимости период спада, продажа хорошего дома - небыстрый процесс. Знаете, обо мне очень многое пишут, но мне сейчас это не нужно. Вот у Мулявина был свой подход, и я сейчас, как он поступаю, ведь он мне был лучшим другом и старшим братом. Мулявин никогда не отвечал на зло или неправду: статья выходила, все советовали: «Дай отпор!» А он - нет, наоборот, молчал, чем не давал возможности поточить зубы недоброжелателям или продолжить сплетни.

Вот этот дом Леонид Борткевич продает больше, чем за миллион долларов. Фото: личный архив

Вот этот дом Леонид Борткевич продает больше, чем за миллион долларов. Фото: личный архив

- Чтобы положить им конец, расскажите, почему все же решили продать дом, который строили для новой семьи и в котором живете 15 лет.

- Слишком большим этот дом стал для нас. Его убирать надо, следить, много нюансов. А главное - не нужна такая большая площадь для жизни. Раньше, когда строил, думал: чем больше - тем лучше. Сейчас поумнел.

- В интервью «Комсомолке» вы рассказывали, что переписали дом на младшего сына, а на жену - квартиру…

- Это наследство, оно сыну и останется, ничего не меняется с продажей дома. Дом хороший, и смотреть за ним есть кому, нам просто надоело. Силы и ресурсы можно вкладывать в другие вещи с большей пользой. С возрастом понимаешь это особенно ясно, время растворяется очень быстро. Так что напишите, чтобы не домысливали - у меня все прекрасно!

- Были слухи, что вы продаете дом то ли потому, что с женой разводитесь и имущество делите, то ли из-за того, что денег на содержание нет…

- Ничего такого, просто я могу жить везде: могу в Минске в квартире, могу в Америке - у меня там сын, внуки. Лето провел там. Старший сын Алексей от первого брака (он тоже живет в Америке) - купил дом, нормально живет. С Ольгой (Корбут. - Ред.) общаемся постоянно, созваниваемся, поддерживаем друг друга. Мы всегда с ней были больше чем муж и жена, скорее - друзьями. Так и осталось.

- Читала, что ваша нынешняя жена Татьяна живет в Москве, учится на курсах фотографии...

- Ерунда, она не живет в Москве. Она часто ездит в Москву, там учится. И в Америку часто к друзьям летает. Но она непубличный человек, не любит про себя говорить, и мне про личное тоже говорить неприятно. Жалко мне тех людей, которые напоказ выкладывают все, что в семье. Не хочу, чтобы меня, как моего друга Сашу Серова, полоскали по всем каналам: с кем, когда и сколько…

С Аллой Пугачевой песняр дружит много лет. Фото: личный архив

С Аллой Пугачевой песняр дружит много лет. Фото: личный архив

- Но есть и другие примеры. Вон Галкин с Пугачевой каждый день в Инстаграме, а народ радуется: молодцы, хорошо им вместе, детишек завели.

- Я-то знаю, как им хорошо… - вздыхает. - Они вот это любят, Алла любит, у них такая система координат. Они это делают ради рекламы и всю жизнь так живут, поддерживая к себе интерес. Она так хочет жить, а я уже не хочу.

«Ощущение, что в Беларуси мы - основные «Песняры» - никому не нужны»

- Тогда расскажите, каким для вас выдался юбилейный год?

- Полно и радости, и раздумий, и переосмысления. И антологию «Песняров» наконец хочется выпустить, но никак не получается. Гастролей куча, даже немножко надоело ездить. Главное ощущение, что в Беларуси мы - основные «Песняры» - никому не нужны. Нужны везде, кроме Беларуси. На любом государственном мероприятии, чуть что - везде так называемые «Песняры». Их уже столько развелось - тысячи! Девальвировали бренд, вот наши люди его уже и не воспринимают. Без году неделя какой-то музыкант, поработавший два дня… и уже «песняр». И это такой ужас - раздербанили бренд! И не потому, что мне жалко - пусть поют белорусские песни, для этого Мулявин их и писал.

- Но и у вас же, говорите, концертов хватает?

- Еще больше стало, сейчас такая ностальгия по нам! В Америке, Германии, Польше, Израиле. Везде зовут - даже в Австралию и Новую Зеландию. Народу куча уехало, эмигрантов много, для них песни моего состава - ностальгия по счастливой молодости. Плачут, бегут к нам, обнимают, благодарят. Спрос на наши песни еще и потому, что сейчас нет ничего нового. Во всем мире произошла творческая пауза.

С первой женой Ольгой Шумаковой. Фото: личный архив

С первой женой Ольгой Шумаковой. Фото: личный архив

- Ну как нет: вон Макс Корж собрал «Минск-Арену», у Тимы Белорусских миллионные просмотры в интернете.

- Это ни о чем не говорит, у нас в Минске ходят почти на всех. Но собственного шоу-бизнеса в Беларуси нет - это когда постоянно крутится куча известных хороших артистов. Молодежи-то талантливой много, но никто в нее не вкладывает. В наше время были «Сябры», «Верасы», «Песняры» - был шоу-бизнес, сюда хотели приезжать известные артисты. А сейчас пустое место. Я бы сказал - в нашей культуре образовалась вынужденная пауза. Надеюсь, временная.

- Может, такое видение связано с осенней хандрой и вашим настроением?

- Абсолютно нет. Настроение, наоборот, помогает: сейчас пауза, размышляешь об опыте, осознаешь главные ошибки… Насчет главного, насчет «Песняров» - было много ошибок. Не только у меня, у всех участников. То, что разделились, то, что государство нас кинуло. Да, мы уволились во время конфликта, но мы тогда думали, что вот сейчас и начнется, что мы им покажем! Что люди возмутятся, вступятся за кумиров. А оказалось - нет, просто назначили других «песняров». Я не хочу сказать, что мы были как «Битлз», но в принципе, если разобраться, в некоторых местах наши композиции посложнее, почище, чем у «Битлз», будут. Не знаю, что сделали бы поклонники, если бы вот так, как с «Песнярами», с «Битлз» поступили: на их место взяли новых и назвали «Битлз». Это же вообще кошмар. А оказалось, никому ничего не надо, народу так вообще, всем все равно.

- Обидно?

- Всегда на себя надо обижаться - значит, ты что-то сделал не так. А за белорусов, за страну, конечно, обидно.

- Вы говорите: «Развелось «песняров», а не думали создать судебный прецедент, побороться за бренд, доказать свою уникальность?

- Это бесполезно. Сколько примеров, когда борются за свой бренд, а толку никакого. В России это точно не работает, даже если на руках будет решение суда. Слишком плохо народом исполняется закон. Сейчас время такое, люди уже бросили обижаться друг на друга и в суды подавать. Куда я с этой бумажкой пойду и как буду наказывать? Сейчас все хотят быстро стать известными, богатыми, но ничего для этого не делать. Молодняк берет мои афиши, развешивает на тумбах, люди приходят на концерт: «А где Борткевич?» - «Заболел, уехал». И люди идут, и песни наши звучат…

Со второй женой знаменитой гимнасткой Ольгой Корбут. Фото: личный архив

Со второй женой знаменитой гимнасткой Ольгой Корбут. Фото: личный архив

- А что мешает издать антологию «Песняров», как вы хотите?

- Уже лет 15 лежит подготовленная антология «Песняров» - около 300 песен, несколько композиций и две рок-оперы. Материал готов, а средств, чтобы его издать, нет, и никому это не надо. А антологию ждут везде: в России, Америке, Израиле. Очень хочется издать ее на флешках и на виниловых пластинках, их невозможно подделать. Все средства от продажи мы хотим передать семье Мулявина, которая тоже не получает авторских отчислений, как и я.

- Кто-то подумает: Борткевич столько колесил по миру с концертами, он же олигарх, и не найдет копеек на издание песен «Песняров»?

- Я никогда не сидел на мешках с золотом, жил, как все люди, миллионы не получал. Вот Пол Маккартни получает. За каждую пластинку - 22 доллара, в год порядка 150 миллионов набегает. Он миллионер, а я нищий.

- Ну прям, нищий...

- Ну, не нищий, конечно. Нормально, живу: заслуженный, пенсия, как у всех. Но я ж не буду жаловаться, что я не в Англии родился, а здесь, в Беларуси.

«Если мужчина перестает работать - ему конец»

- Как вас младший сын поздравил с 70-летием? Сколько Кристиану уже?

- Четырнадцать с половиной, огромный такой, - улыбается Леонид Леонидович, показывая рукой вверх, - вот такой у меня красавец! Это моя самая большая радость и надежда, такой он умница! Именно ради него и хочется еще пожить подольше, чтобы на ноги поставить, выучить, в жизнь выпустить… Сын учился в большой школе возле Национальной библиотеки, но мы перевели его в 16-ю гимназию с английским уклоном. Учит еще и китайский, и тайский, интересуется культурами этих народов. Смотрит много фильмов, хочет стать кинорежиссером.

С третьей женой Татьяной и младшим сыном Кристианом. Фото: личный архив

С третьей женой Татьяной и младшим сыном Кристианом. Фото: личный архив

- Как Спилберг или Тарантино?

- Может, и так. Мы с ним много говорим о кино, я ведь тоже мечтал о режиссуре. У меня до сих пор куча сценариев лежит. Я окончил режиссерский в ГИТИСе, но так ничего пока и не снял. Хотя задумка была, я и со Спилбергом советовался, хотел снять фильм «Мелодии славянского короля». Достаточно ведь снять один хороший фильм…

- Чего сейчас, помимо хорошего фильма, для счастья не хватает?

- Помните, как в «Москва слезам не верит»: «Мне не хватает газированной воды. Я пить хочу» (улыбается). А мне - антологии «Песняров». Конечно, если бы авторские шли - было бы хорошо, с возрастом неплохое подспорье, но исполнителям песен их почему-то не платят. С другой стороны, это движет тобой, не сиди на печи. Если мужчина перестает работать - ему конец. Для меня самое лучшее состояние, когда ты на сцене. Даже если что-то болит, не ладится. Выходишь - и сразу отпускает.

- Антология, антология… А что принципиально изменится после ее выхода? Все песни есть в интернете…

- Это будет черта под нашей работой, под огромной вехой. Это будет итог, потому что не дай Бог что случится, никому это не надо так, как мне, никто не будет заниматься. А ведь песни «Песняров» - это национальное достояние белорусского народа.

Подпишитесь на новости:
 
Читайте также