2020-05-13T12:45:20+03:00
КП Беларусь

Гримерки из еловых лап, концерт под «катюши», а после – кружка спирта: как жили в войну артисты и почему Белорусскую фронтовую бригаду называли бессмертной

Узнали, как белорусские артисты без потерь пережили войну, постоянно попадая под бомбежки и обстрелы, что цензоры советовали не петь фронтовикам и как сложились их судьбы в мирное время
Поделиться:
Белорусская бригада даже в сильные морозы старалась выступать не в землянках, а на открытом воздухе, чтобы порадовать как можно больше бойцов. Фото: Архив Ольги БрилонБелорусская бригада даже в сильные морозы старалась выступать не в землянках, а на открытом воздухе, чтобы порадовать как можно больше бойцов. Фото: Архив Ольги Брилон
Изменить размер текста:

Музыковед Ольга Брилон завершает работу над книгой «Белорусская эстрада. Ностальгический дивертисмент» об истории эстрады Белгосфилармонии.

- Есть там раздел и про фронтовую бригаду, о которой я узнала благодаря завлиту Гомельского областного драмтеатра Инге Усенковой, - вспоминает Ольга.

…В конце июня 1941-го в Гомель с миссией от ЦК Компартии Беларуси прибыл директор Белгосфилармонии Григорий Прагин. Он собирал Первую эстрадно-театральную бригаду для художественного обслуживания частей действующей Красной армии. В ее первый состав приняли артистов Гомельского драмтеатра Павла Голышева, Ивана Киреева, Зою Овчарову, Сергея Остроумова, Михаила Перстина, Евгения Полосина, Петра Чернова... К ним присоединился смоленский сатирик Иван Творцов, солист оперетты Иван Сайков (из объятого огнем Бреста до Гомеля он добрался в майке и спортивных штанах!), музыканты, студенты-вокалисты, танцоры - все творческие силы, которые удалось собрать в Гомеле.

В основу труппы Гомельского облдрамтеатра в 1939-м вошел курс выпускников ГИТИСа (мастерская Леонида Леонидова), и они же стали костяком бригады. Фото: gomeldrama.by

В основу труппы Гомельского облдрамтеатра в 1939-м вошел курс выпускников ГИТИСа (мастерская Леонида Леонидова), и они же стали костяком бригады. Фото: gomeldrama.by

Уже 3 июля состоялся дебют бригады: на лесной поляне под Гомелем артисты трижды выступили для красноармейцев. С кузова грузовика читали «Ледовое побоище» Константина Симонова, играли увертюру к опере «Кармен» и белорусскую польку, пели шлягер «Ну-ка, чайка, отвечай-ка!» из фильма «Моряки» и сатирические куплеты:

Наши пушки танки жгут,

Скоро Гитлеру капут:

Он без хлеба, без воды -

И ни туды, и ни сюды.

- Сергей Остроумов вспоминал концерты для стрелков из Грузии, защищавших Гомель. К лезгинке подключились и зрители, а потом солистка Вероника Борисенко спела по просьбе полковника «Сулико». Под ее звуки солдаты получили приказ идти на передовую… - рассказывает Ольга Брилон.

Три-четыре концерта в день считались нормой. Артистам было не привыкать выступать под бреющими самолетами немцев. Правда, в дневнике бригады, который вел Михаил Перстин, были записи о 2,5 или 3,5 выступления - значит, концерту помешал авианалет или вражеский обстрел. Сергей Остроумов писал в своей книге «Особое подразделение» и о нервных потрясениях артистов в первые дни войны: кто-то бормотал под нос, кто-то нервно перебирал вещи в ожидании обстрела. Был случай, когда музыкант забирался на деревья - расслышать симфонию боя...

«Шли по пояс в воде, над головой инструменты: они не тяжелее пулемета»

В Гомеле и окрестностях артисты дали под 100 концертов, а между репетициями и выступлениями строили бомбоубежища и готовили бутылки с горючей смесью. Перед самой оккупацией города в середине августа 1941-го, когда от взрыва бомбы сгорело здание театра, бригада эвакуировалась в Тамбов. Благо, артистам выделили грузовик-трехтонку для пианино, «эмку» для администрации и старенький автобус, прозванный «люксом», который стал их домом на колесах до самой Победы. В сентябре 1941-го бригаду закрепили за политуправлением Западного фронта в подмосковном Перхушково и зачислили в штат Всесоюзного гастрольно-концертного объединения. Артистов поставили на котловое довольствие, всем выделили ушанки, сапоги, фуфайки, шинели.

Гомельчане вошли в состав Первой эстрадно-театральной бригады для художественного обслуживания частей действующей Красной армии. Фото: Архив Ольги Брилон

Гомельчане вошли в состав Первой эстрадно-театральной бригады для художественного обслуживания частей действующей Красной армии. Фото: Архив Ольги Брилон

Тогда фашисты наступали на Москву - в Подмосковье постоянно слышался гул немецких самолетов. Белорусская бригада в эти дни колесила по военным частям вокруг Подольска. На передовую часто шли цепочкой по снегу, а под свист снарядов бросались в снег. Причем баянист Иван Патютков падал в обнимку с инструментом.

Сергей Остроумов вспоминал, как во время концерта в Подольске раздался грохот, погас свет, посыпались стекла, штукатурка - у клуба рванул фугас. Солдаты бросились к выходу, но артист Евгений Полосин, вышедший со своим коронным скетчем «Маляр», перекричал всех: «Подождите, я расскажу, что дальше было!» Его поддержал и командир: «Всем оставаться на местах!» Концерт продолжился под свет карманных фонариков.

А как-то артиллеристы буквально украли белорусов, чтобы те выступили у них. Причем параллельно давали залпы «катюш», и после каждого солдаты и артисты перемещались, чтобы не стать легкой целью врага.

Сергей Остроумов писал в «Особом подразделении», что на фронте знали таких артистов-мужчин, кого в туфлях-лодочках бойцы на руках доставляли от машины до сцены: «Но мы стремились переносить все тяготы фронтового быта как рядовые бойцы. Нужно добраться до части верхом - добирались, преодолеть брод - шли по пояс в воде, держа над головой музыкальные инструменты, реквизит и костюмы, ведь не тяжелее все это противотанкового ружья или станкового пулемета».

- Даже в лютый мороз бригада выступала не в землянках, а на полянах и просеках, чтобы порадовать больше бойцов, - рассказывает Ольга Брилон. - Хозяева же заботились об артистах: складывали гримерки из еловых лап, покрывали кузов грузовика брезентом, поблизости ставили печки-времянки. А после номера наливали по кружке спирта. Немудрено: скажем, свой «Акробатический этюд» Любовь Трофимова и на морозе исполняла в трико...

Такими были концерты на передовой, которые часто прерывались обстрелами и бомбежками. Фото: книга «Особое подразделение»

Такими были концерты на передовой, которые часто прерывались обстрелами и бомбежками. Фото: книга «Особое подразделение»

«Белорусская бригада - ваш товарищ фронтовой»

- К маю 1942-го бригада дала более 500 концертов. Артисты шутили: это показатель их «огневой мощи», - рассказывает Ольга Брилон. - Организатор бригады Григорий Прагин следил за реакцией зала, а потом давал оценки: «в яблочко», «около», «за молоком».

Конечно, на репертуар влияла ситуация на фронте. Быстро теряли актуальность из-за наступления немцев куплеты вроде этих:

Горько плачет Гудериан:

Провалился его план.

Танков нет. Солдаты где?

Кормят рыб в Березине.

Или песенка на мотив «Прекрасной маркизы» от имени гитлеровца:

Хотели в Оршу мы прибыть,

Но нам самим, кажись, не жить:

Не только Орши не видать -

Осталось нам могилы ждать…

Зато еще 7 ноября 1941-го бригада впервые спела свою песню, написанную аккомпаниатором Иваном Патютковым и поэтом Павлом Фурманским:

Мы явиться в гости рады

На рубеж передовой,

Белорусская бригада -

Ваш товарищ фронтовой.

Чтоб дойти к родному дому,

Чтоб врага отбросить прочь,

Без затей, по-боевому

Рады песней вам помочь.

А заканчивали выступление словами: «Прощайте же, друзья, прощайте же, герои, до новых радостных и скорых встреч!». Правда, военные цензоры требовали, чтобы пессимистическое слово «прощайте» не звучало. А неудачные для фронта номера советовали «петь на именинах у тети Маши».

…Одни артисты покидали бригаду, а другие присоединялись к ней - например, солистки Белорусской оперы Дора Кроз и Анна Ольшевская. А скрипач, заслуженный артист БССР Аркадий Бессмертный, весной 1942-го возглавил подразделение - Прагина отправили на другую работу.

- Нового шефа в коллективе считали талисманом. Говорили: благодаря Бессмертному и бригада бессмертная. В других артисты попадали на мины, под артобстрелы, их задевало осколками... Правда, шутили так о белорусах до тяжелого ранения ксилофониста Макса Масловского, - рассказывает Ольга Брилон.

Сценки из классического репертуара, как на иллюстрациях к книге Сергея Остроумова, и не только очень любили на таких лесных концертах. Фото: книга «Особое подразделение»

Сценки из классического репертуара, как на иллюстрациях к книге Сергея Остроумова, и не только очень любили на таких лесных концертах. Фото: книга «Особое подразделение»

Снова менялся репертуар - артисты бригады стали читать недавно опубликованные «Жди меня», «Ты помнишь, Алеша, дороги Смоленщины…» Симонова, фрагменты поэмы «Василий Теркин» Твардовского, «Гармонь» Александра Жарова. Звучали и «Наш тост», «Дзе ты, чарнавокая?» белорусского композитора Исаака Любана, автора «Бывайце здаровы», что одно время сотрудничал с бригадой.

В сентябре 1942-го бригада сыграла премьеру спектакля «Русские люди» по пьесе Константина Симонова. Сергей Остроумов вспоминал: после спектакля артистов знали по именам, писали им письма, а хозяева старались устроить все, «как в театре»:

«Строили подмостки, порталы, пандусы, а в «зрительном зале» - несколько рядов скамеек… Помню, однажды во время спектакля актер никак не мог зажечь отсыревшие спички и наконец с досадой бросил коробок на стол. Тогда один из бойцов, сидевший близко от сцены, достал кресало, высек огонь и подал его артисту. Тот закурил, и боец возвратился на свое место».

«Остались лишь соль и махорка…»

В 1943 году бригада переехала в подмосковное Переделкино, потом под Смоленск, а с 23 июня 1944-го вместе с фронтом двигалась на Запад.

«Без централизованного управления мы превращаемся в самостоятельное блуждающее подразделение, выступаем в задержавшихся в пути частях, ночуем в оставленных немцами землянках. Некоторые из них были выложены внутри березовыми горбылями, из березы сделаны нары и даже столы, табуретки. Порой у нас не оставалось ничего съестного, ни грамма сухого пайка. Лишь соль и махорка…» - писал Остроумов. Артистов выручали ягоды и грибы.

В Минск бригада приехала 5 июля 1944 года.

«По обеим сторонам улиц - остовы разрушенных и сгоревших зданий, - писал Остроумов. - На булыжных мостовых - щебень, битое стекло, клочки бумаги. Время от времени с окраины города доносятся выстрелы. Говорят, что там кое-где забаррикадировались недобитые фашистские автоматчики. Автобус останавливается на Советской улице. Постепенно его окружают жители, ютящиеся где-то рядом в развалинах, - большинство из них женщины, пожилые, изможденные».

Организатором бригады был Григорий Прагин (слева), а за конферанс отвечали Михаил Перстин и Сергей Остроумов (также его портрет справа). Фото: Архив Ольги Брилон

Организатором бригады был Григорий Прагин (слева), а за конферанс отвечали Михаил Перстин и Сергей Остроумов (также его портрет справа). Фото: Архив Ольги Брилон

- В этот же день бригада дала два концерта с кузова студебеккера. После них Аркадий Бессмертный, Анна Ольшевская и Дора Кроз остались в родном Минске, - рассказывает Ольга Брилон. - А двумя днями ранее первыми в столицу вошли танки 2-го Гвардейского Тацинского танкового корпуса - там после ранений старшим инструктором политотдела служил организатор фронтовой бригады Григорий Прагин. У них с женой, оперной певицей Софьей Друкер, было двое детей - и оба погибли в Минском гетто…

Тем временем фронтовую бригаду возглавил артист Михаил Перстин. Под его началом она дошла до Каунаса, а Победу встретила в Кенигсберге, дав всего более 2000 концертов.

…После войны участники бригады вернулись в искусство. Среди них - солисты Белоруской оперы и Большого театра в Москве (Дора Кроз, Анна Ольшевская, Вероника Борисенко), артисты «Мосэстрады» (Михаил Перстин, Зоя Овчарова), преподаватели - Иван Патютков и Аркадий Бессмертный, снова ставший завкафедрой консерватории. А Григорий Прагин вновь руководил Белгосфилармонией, затем был замдиректора на «Беларусьфильме», Минской студии ТВ.

Многие еще в годы войны получили ордена и медали, а потом стали народными и заслуженными артистами. Евгений Полосин, чья карьера сложилась в минском Горьковском, - единственный из бригады народный артист СССР. Петр Чернов с конца 1943-го служил в МХАТе, а в кино запомнился ролями Семена Давыдова в «Поднятой целине», Бунчука в «Тихом Доне», начальника разведки в «Семнадцати мгновениях весны». Сергей Остроумов восстанавливал родной театр, был первым режиссером на гомельском телевидении и педагогом звезды БТ Зинаиды Бондаренко. А его книгу «Особое подразделение» в 2009-м инсценировали на гомельской сцене...

Артисты после войны остались в искусстве: Иван Патютков преподавал, Петр Чернов играл в известных фильмах, Иван Сайков пел в операх Минска и Саратова, Евгений Полосин - единственный со званием народного артиста СССР, Зоя Овчарова выступала на эстраде.

Артисты после войны остались в искусстве: Иван Патютков преподавал, Петр Чернов играл в известных фильмах, Иван Сайков пел в операх Минска и Саратова, Евгений Полосин - единственный со званием народного артиста СССР, Зоя Овчарова выступала на эстраде.

- Около года я собирала информацию в архивах, созванивалась и списывалась с теми, кто мог знать артистов. Вышла и на московский адрес Зои Овчаровой, которая с первых дней и долго была единственной женщиной в бригаде, - рассказывает Ольга Брилон. - Бывшая артистка «Москонцерта», судя по всему, была одинока. Ее соседи, которых я смогла вычислить, сказали мне: «Вы опоздали - Зоя Овчарова уже умерла…»

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

«Отец три года искал нас - и мы встретились, когда его часть освобождала Беларусь»

О почти кинематографической истории расставания и воссоединения своей семьи в годы войны «Комсомолке» рассказал бывший первый замминистра культуры БССР Владимир Гилеп [фото Рейхстага мая 1945-го!] (читать далее)

Оккупированный Минск в июне 1941-го: Свислочь с мертвецами и лагерь военнопленных в политехе

«Комсомолка» листает страницы книги «1941 год вачыма менскага мальца» об июньских событиях 77 лет назад (читать далее)

Трагедия любви Петра Глебки: «Што ж ты нарабіла? На мяне глянулі хлопцы як на мужа здрадніцы...»

Семейная история Петра Глебки и его жены Нины наполнена любовью, жертвенностью, подозрениями в предательстве и международными скандалами на фоне сталинского террора и гитлеровской оккупации (читайте далее)

Что увидели освободители в Минске 3 июля 1944 года: кресты у Академии наук и жертвы Дома Советов

Снимки Минска июля 1944 года, наверное, лучше всего характеризовало бы белорусское слово «вусціш» - онемение от ужаса. Посмотрите на эти кадры! (читайте далее)

Кровавая история Минского гетто: Нацисты убивали семьи прямо в квартирах, а узников травили собаками под музыку

21-23 октября 1943-го фашисты ликвидировали Минское гетто и всех его узников (читайте далее)

Минск на фото немецких солдат: обезглавленные Ленин и Сталин, танк-указатель на Комаровке и парад возле Leninhaus

В столице показали, каким видели город оккупанты в 1941 – 1944 годах (читать далее)

Подпишитесь на новости:
 
Читайте также