Общество

«Вошел сотрудник с пистолетом, потом еще один в шлеме – спрашивали, почему не открыли»: в Минске судят журналисток «Белсат», которые вели стрим с площади Перемен

Вину Екатерина Андреева и Дарья Чульцова полностью не признают. Им может грозить наказание от штрафа до лишения свободы на три года
Дарью Чульцову и Екатерину Андрееву обвиняют в организации массовых беспорядков

Дарью Чульцову и Екатерину Андрееву обвиняют в организации массовых беспорядков

Фото: Святослав ЗОРКИЙ

В суде Фрунзенского района Минска 9 февраля начался процесс по делу журналисток телеканала «Белсат» Екатерины Андреевой и Дарьи Чульцовой. Напомним, их задержали 15 ноября: журналистки вели стрим с площади Перемен (двора в районе минской улице Червякова), где после новости о смерти Романа Бондаренко собрались люди, чтобы почтить его память. Стрим Екатерина и Дарья вели из чужой квартиры, окна которой выходили во двор. Силовики выломали дверь, провели в квартиру обыск, а журналисток задержали. По двум административным статьям, 23.34 и 23.4 КоАП их обвинили в том, что журналистки участвовали в несанкционированном массовом мероприятии и оказали неповиновение милиции. 17 ноября суд назначил им 7 суток ареста.

Через три дня стало известно, что в отношении журналисток было возбуждено уголовное дело, им предъявили обвинение по ч. 1 ст. 342 Уголовного кодекса (организация и подготовка действий, грубо нарушающих общественный порядок). В обвинении сказано, что действия Екатерины и Дарьи повлекли нарушение работы общественного транспорта – из-за их стрима якобы было остановлено движение 13 автобусных маршрутов, трех маршрутов троллейбусов и трамваев. Ущерб Минсктранса оценили в 11 562 рубля и 14 копеек.

Попасть в зал суда в начале процесса удалось далеко не всем - количествоо людей в зале ограничили из-за коронавируса

Попасть в зал суда в начале процесса удалось далеко не всем - количествоо людей в зале ограничили из-за коронавируса

Фото: Святослав ЗОРКИЙ

В суде до обеда обвиняемым предъявили обвинение и выслушали трех свидетелей: мужчину, который из окна своей квартиры видел, что происходит на площади Перемен, и двух человек, которые находились в квартире, откуда журналисты вели съемку.

За этой дверью с 10 утра судят журналисток "Белсат" Екатерину Андрееву и Дарью Чульцову

За этой дверью с 10 утра судят журналисток "Белсат" Екатерину Андрееву и Дарью Чульцову

Фото: Святослав ЗОРКИЙ

«Если бы видел противоправные действия со стороны обвиняемых, я попросил бы их выйти из квартиры»

Дмитрий Мороз, хозяин квартиры, из которой журналистки вели стрим, вызван в суд свидетелем. Гособвинитель спрашивает, видел ли свидетель какие-то противоправные действия, которые совершали те, кто собрался во дворе.

- Единственное, что я видел - заускали файеры. Быд один белый фаейр, второй красный, третий - белый. Более серьезных действий я не видел.

- Со стороны обвиняемых вы заметили какие-то противоправные действия? - вопрос задает адвокат Андреевой Сергей Зикрацкий.

- Если бы увидел, попросил бы их выйти из квартиры.

Мужчина рассказывает, как в какой-то момент в дверь квартиры стали громко стучать, дергали ручку.

- В связи с чем вы сразу, после первого стука не открыли дверь? - спрашивает гособвинитель.

- Не было причины открывать. Было непонятно, кто это, что это и с какой целью.

- Вы не понимали, что это сотрудники правоохранительных органов?

- Когда у меня в квартире оказались 8 сотрудников, тогда уже да. На тот момент мне сложно сказать, что я понимал, что не понимал. Мы были все напуганы, Екатерина, можно сказать, была в панике. Мне жена сказала идти к детям. В комнату зашел сотрудник с пистолетом, потом один сотрудник в шлеме и еще один человек: спрашивали, кто хозяин квартиры. Спросили, почему дверь не открыли, на что я ответил, что не слышал, чтобы кто-то попросил об этом или хотя бы позвонил в дверь. Екатерина Андреева позже уточнила, что действительно была в тот момент в некотором напряжении, но истерики на рабочем месте у нее никогда не случается.

Правозащитники признали Дарью Чульцову и Екатерину Андрееву политзаключенными

Правозащитники признали Дарью Чульцову и Екатерину Андрееву политзаключенными

Фото: Святослав ЗОРКИЙ

Дверь зала суда открылась, кто-то из коридора успел прокричать: "Дзяўчаткі, мы з вамі! Народ Беларусі з вамі!".

«В тот день было два основных места перекрытия: Пушкинская и Червякова»

Сотрудник «Минстранс» объясняет, как организация высчитывает ущерб за нарушение работы транспорта. Напомним, журналисток обвиняют в том числе в том, что их действия привели к тому, что движение 19 маршрутов общественного транспорта было остановлено, ущерб – больше 11 тысяч рублей. Адвокаты просили приобщить к делу квитанции об оплате этого ущерба - каждая из обвиняемых заплатила по 50%.

- 15 ноября было два основных места перекрытия: Пушкинская и Червякова. Потом вся информация была передана в ГУВД. Если нет возможности следовать по маршруту, водитель докладывает в центр управления движения. Информация передается в отдел учета транспортной работы. За сутки рассчитывается объем работы, которая не была выполнена. Потом это передается экономистам, и путем умножения объема невыполненной транспортной работы на количество единиц получается сумма в рублях.

- Все ли указанные в обвинении маршруты проходят по улице Червякова? – спрашивает судья.

- По этой улице – нет, вблизи – да. Если заблокирована одна улица, транспортные заторы появляются и на прилегающих улицах.

«Она не могла совершать противоправные действия, она выполняла свою работу, что могут подтвердить десятки тысяч человек, которые смотрели ее стрим»

Когда Игорь Ильяш, муж Екатерины Андреевой, входит в зал, чтобы давать показания, Екатерина улыбается, закрывает лицо руками, а потом отворачивается. Сегодня они видятся впервые с 15 ноября.

Игорь Ильяш тоже работает на телеканале "Белсат". Один из первых вопросов, который задаёт гособвинитель, касается общего дохода семьи.

- Около 3200 злотых, или 800 долларов - базовая ставка. Иногда бывало больше, иногда меньше, - отвечает свидетель.

Гособвинитель интересуется, на какую карту приходили деньги, принадлежит ли кому-то из супругов квартира, в которой они жили.

Игорь Ильяш рассказал, что 15 ноября Екатерина Андреева выполняла задание редакции и должна была освещать события, происходящие на площади Перемен.

- Где и чем это регулируется, есть ли какие-то должностные инструкции? - уточняет гособвинитель.

- Мы не являемся военизированным формированием, у журналистов нет четких инструкций. Все регулируется ртом, устным указанием редактора.

- Поясняла ли ваша супруга, что совершала какие-то противоправные действия?

- Нет, она не могла совершать противоправные действия, она выполняла свою работу, что могут подтвердить десятки тысяч человек, которые смотрели ее стрим.

Екатерина Андреева: "Считаю преследование политически мотивированным, а дело сфабрикованным"

Дарья Чульцова отказалась давать показания в суде. Поэтому судья зачитала письменное отношение Дарьи к предъявленному ей обвинению. Там сказано, что она не признает вину.

- Обвинение не конкретизировано. Там не указано точное место и время совершения преступления. Мне вменяется, что у меня нет аккредитации на территории Беларуси. Наличие или отсутствие аккредитации не является преступлением и не доказывает моей виновности.

Дарья указала, что она не организовывала никаких групповых действий, грубо нарушающих общественный порядок, не призывала ни к чему протестующих, не выходила на проезжую часть и не блокировала дороги.

- Указанную в обвинении сумму я готова частично погасить. Оплата производится с целью доказать свою порядочность и не должна быть расценена как признание вины.

Екатерина Андреева около 10 минут давала показания в форме свободного рассказа.

- Я хотела бы заявить, что абсолютно невиновна в инкриминируемом мне преступлении, считаю преследование политически мотивированным, а дело сфабрикованным.

Екатерина считает отказ в аккредитации ее как журналиста Белсат" актом государственной цензуры.

- С августа по ноябрь я провела несколько десятков эфиров для телеканала "Белсат". Во время стрима я комментировала происходящее и опрашивала участников протеста.

15 ноября Екатерина приехала на площадь Перемен, трансляцию вела из квартиры, с хозяевами которой заранее договорился редактор.

- Специфика моей работы предполагает, что я должна находиться там, где герои моего репортажа. Я никак не могла узнать мнение людей, которые вышли на проезжую часть, находясь в отдалении от них. Поэтому на короткое время я вышла из квартиры, чтобы взять интервью, в потом сразу вернулась в квартиру. Мы же не можем обвинить врача, который помогает человеку на проезжей части, в грубом нарушении общественного порядка, потому что это его профессиональный долг.

Екатерина продолжает: когда в квартиру ворвались сотрудники милиции, она выполнила их указания беспрекословно.

- Мне говорили, цитата: "Ты уедешь на 10 лет на зону ментам форму шить". Говорили, что я сяду, называли "малая", "тетя". Один из них сказал, что меня осудят на 7 лет за экстремизм, когда я спросила, почему сразу не расстрел, он ответил: "Пуль на вас жалко".

Екатерину доставили в ЦИП на Окрестина, осудили на 7 суток ареста, а позже предъявили обвинение по уголовному делу.

- На протяжении всего следствия я не признавала своей вины и не давала показаний. В обвинении говорится, что я действовала из корыстных побуждений. Но я выполняла условия рабочего контракта - являясь штатным сотрудником, просто не могла не выполнять свои обязанности. В противном случае меня могли лишить зарплаты или уволить, в чем я не заинтересована. Единственное действие, на которое я имела умысел - это запись стрима во время событий, которые происходили вопреки моей воли и желания.

Екатерина настаивает на том, что ее высказывания были нейтральными и описывали происходящее. В обвинении сказано, что журналист давала положительную оценку действиям протестующих, чем призывала их продолжать нарушать порядок. Журналист с этим не согласна: она считает, что любая оценка не является призывом и уточнила, что в эфире назвала безоружных протестующих смелыми. Стиль ведения стрима можно обсудить в профессиональном сообществе, но никак не в качестве обвиняемой на скамье подсудимых.

Екатерина Андреева потребовала своего полного оправдания.

Зал зааплодировал.

На большинство вопросов гособвинителя Екатерина отказалась отвечать.

В суде объявлен перерыв до 16 февраля.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Начался суд над журналистками «Белсат» Катериной Андреевой и Дарьей Чульцовой, которые вели стрим с площади Перемен